Он попросил меня не пороть горячку и не отказываться от предложения. Хорошо взвесить все за и против. Довериться сердцу. Анна — его хорошая подруга и в её результативности он уверен на все сто процентов.
— Соня! Соня, скорее! – возвращается в комнату Жека с выпученными глазами. – Посмотри, пожалуйста. Мне ведь не показалось?!
Медленно встаю со стула, подруга тянет меня за локоть в сторону балкона. Я никак не могу понять, чего от меня хотят. Люди, деревья, детская площадка… Симпатичная девушка в коротких шортах с огромным догом на поводке.
Что?
— Прямо смотри!
Жека указывает рукой в сторону узкой тропинки, по которой идёт… Боже мой! Я моргаю. Раз, другой, третий. Картинка перед глазами не исчезает, а значит она реальна.
Сердце ударяется о рёбра, из глаз катятся слёзы. Не могу поверить... Он приехал, приехал!
Я мигом вылетаю в прихожую. Кое-как надеваю босоножки, не удосужившись застегнуть замочек. Лечу по лестничным пролётам с сумасшедшей скоростью, толкаю тяжёлую подъездную дверь от себя и оказываюсь на улице.
Солнце ещё не село за горизонт, на улице светло и видно. Прохожие удивлённо смотрят, как я со всех ног лечу навстречу дорогому мне человеку и висну у него на шее.
Глава 52.
* * *— Влад, Владик! Мой хороший!
Брат радостно кружит меня посреди улицы, я крепко сжимаю его шею и трогаю, трогаю, трогаю… Не в силах поверить, что он живой. Здесь, рядом. Вернулся! Спустя стольких месяцев молчания! Это чудо какое-то!
За этот период столько всего изменилось! Он, наверное, не знает и не догадывается.
И про мать в том числе. Боже, мне всё нужно ему рассказать, ввести в курс дела. Срочно, немедленно, будто потом у нас попусту не будет времени.
— Сонька, шею отдавишь! – возмущается Влад. – Хватит.
Кто бы его слушал! Я сжимаю настолько сильно насколько могу. Радостно хохочу, запрокинув голову к небу и только после всех этих манипуляций спрыгиваю на асфальт и отступаю на шаг назад, чтобы как следует рассмотреть брата."
"Он изменился, и мы словно заново с друг другом знакомимся.
Влад похудел килограмм на десять. Раньше он был мясистее и крепче. И лицо другим стало. Грубее, жёстче. Скулы острые, можно порезаться. Щёки впали, на виске и подбородке новые шрамы. А сколько их под одеждой? Сердце сжимается, когда я думаю о том, что ему пришлось пережить. И рядом не было никого из родных.
— Я тебя искала, — произношу шёпотом.
— Знаю. А я как видишь и сам нашёлся. Много заплатила?
— Угу. Почти всё, что у меня было.
— Вот дурёха.
