Но часто что я, что брат чувствовали себя ненужными и одинокими.
— Привет, Соня. Я по делу звоню.
— Говори, мам.
— Галина вернулась от тебя какой-то странной. Замкнутой, неразговорчивой. Вы поссорились?
— Нет, наоборот. Все было хорошо. Просто не трогай её какое-то время. Иногда человеку важно побыть наедине с собой и подумать о том, что делать дальше.
— А, ну хорошо. А то Рома всех на уши поставил. Думал врача вызывать.
— Не надо врача! — выпаливаю в трубку. — С Галей всё в порядке, уверяю тебя.
Мама с облегчением выдыхает, а я почему-то ощущаю лёгкий укол ревности.
Потому что за два месяца никто из семьи ни разу не побеспокоился, какое у меня моральное состояние и нужна ли мне помощь врача. Меня отдали как никому ненужную вещь.
— Поверю тебе на слово. Честно говоря, мне самой не по себе, что девочка страдает. Может быть, неразделённая любовь?
— Может. Ты у неё как-нибудь осторожно расспроси. А сейчас мне пора, мам. Много работы накопилось.
— Ладно, не буду мешать, Соня. Пока.
Она отключается, а я прижимаю телефон к груди и открываю окно, чтобы сделать глоток свежего воздуха.
В груди разрастается обида и непонимание. Как Гале удалось меньше, чем за полгода заставить мою маму искреннее за неё переживать? И почему за девятнадцать лет этого не получилось у меня?
Помимо проезжающих по вечернему городу машин, я слышу тихий протяжный плач. Открываю полностью окно и высовываюсь на улицу, чтобы убедиться в том, что мне не послышалось. Кто-то и правда плачет. Отчаянно, жалобно. У меня внутри всё сжимается при этом! Кажется, будто ребёнок, который потерял родителей.
Быстро выхожу из комнаты и иду на поиски Яра. Когда мне было пять, я потерялась. Бабуля забрала меня из сада, отвлеклась на рынке, общаясь с продавцом. Моё внимание привлекло обилие конфет на соседнем прилавке. Я и глазом моргнуть не успела, как потеряла бабулю из виду. Не зная, как себя вести, бросилась бегать вдоль рядов и её искать. На меня мало кто обращал внимание, лишь когда я остановилась посреди дороги и громко расплакалась, одна сердобольная женщина вызвала полицию и передала меня в руки правоохранительным органам, а те в свою очередь тут же нашли мою маму, отца и бабушку.
Последней здорово влетело от родителей, что не уследила."
"Я открываю дверь в комнату Ярослава и меньше всего ожидаю, что он уже спит. Застываю на пороге и оглядываюсь назад, словно пытаясь расслышать, на улице до сих пор кто-то есть или уже нет?
— Что хотела, Сонь? — спрашивает Яр, сев на кровати.
