— Именно так, да, — улыбается он и, подхватив бокал с принесённым виски, поднимает его вверх. — За выдающийся вечер!
К счастью, новому глотку алкоголя удаётся с легкостью выбить из меня любую скучную мысль, и на их место приходят новые, куда более интересные.
— Я таких длинных пальцев, как у тебя, вообще ни у кого не видела, — признаюсь я, указывая глазами на кисть Дана, свесившуюся с диванного подголовника. — Вот дай её сюда.
Усмехнувшись, он протягивает ладонь, которую я незамедлительно прикладываю к своей.
— Видишь? — Выравниваю пальцы так, чтобы они правильно соприкасались. — Мои почти вдвое меньше.
— Мой рост — метр восемьдесят девять, — негромко произносит Дан, переводя взгляд с наших склеенных ладоней на меня. Его глубокий голос становится ниже и шершавее: — Природа любит пропорции, если ты замечала.
— Мой рост — метр шестьдесят пять. — Я с улыбкой смотрю ему в глаза: — Что скажешь про мои пропорции?
Неожиданно согнув пальцы, он заключает мою руку в замок и подтягивает к себе, так что его дыхание касается моего подбородка.
— Скажу: идеально.
Дан завораживающе пахнет. Нельзя выделить что-то одно: тут и пряный одеколон, и горьковатый аромат солода, и что-то неуловимо пьянящее, волнующее, чему не подберёшь название.
— Предлагаю сделать подарок будущему жениху твоей подруги и вызвать, наконец, обещанное такси, — продолжает он. — Ты слишком умело подогреваешь моё нетерпение.
— Только имей в виду, что на заднем сиденье меня может укачивать, — улыбаюсь я.
Дан остаётся серьёзным.
— Разберёмся.
4
На улицу мы с Даном выходим, держась за руки. Я жмурюсь от порыва ветра, обдающего лицо прохладой, и расплываюсь в тысячной за вечер улыбке. Как же хорошо! Всё хорошо: этот вечер, Дан, погода, — не жаркая и не холодная, — город, в котором я живу, влюблённые Карим и Василина.
— Здорово, да? — говорю я, глядя на Дана.
— Что здорово? — переспрашивает он.
— Всё.
Склонив голову, он смотрит на меня с новым интересом и спустя паузу кивает. Абсолютно искренне, как мне кажется.
— Да. Очень здорово.
Продолжить диалог не удаётся, потому что у обочины дороги останавливается длинный чёрный седан.
— Это наше, — поясняет Дан и, сжав мою ладонь, тянет к машине.
Интересно, что думают все эти люди, стоящие возле входа в клуб и смотрящие на нас? Что мы парень и девушка? Ведь что ещё можно подумать, когда видишь двоих, держащихся за руки? Я бы, к примеру, решила именно так и ошиблась, потому что мы с ним едва друг друга знаем.
