Я, конечно, и без тебя справлюсь, но подумала, вдруг ты захочешь провести вместе время. Если ты не заметила, я уже неделю дома ночую. Потому что скоро съеду, и как раньше уже ничего не будет. Зря, наверное, ведь ты на меня внимания не обращаешь.
— Извини, — выпаливаю я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы вины. А у меня теперь тушь, мне нельзя. — Я с удовольствием пройдусь с тобой по магазинам. Во сколько встретимся?
Несколько секунд Василина делает вид, что ещё обижена, но потом всё же начинает улыбаться.
— То-то же.
Есть у тебя совесть, значит. Давай у входа в «Спутник» встретимся в семь.
Очутившись на улице, вновь погружаюсь в пучину самоанализа. Это из-за слов Василины, что я закрываюсь в своём мире. К прискорбию, она права. Я снова превращаюсь в человека, у которого окружающим нечего забрать. Так сильно стараюсь оградить себя от взаимодействия с внешним миром, что перестаю жить. А существовать как раньше, оставив главной целью покупку квартиры, я больше не хочу. Только где взять столько смелости, чтобы жить по-настоящему, если настоящая жизнь, помимо радостей, включает в себя боль и разочарование?
Я машинально смотрю на экран телефона.
Ничего. Пожалуй, напиши Дан прямо сейчас — я бы что-нибудь ответила. Он ведь хотел поговорить? Я бы могла, наверное. По крайней мере, постаралась бы его выслушать.
************
С возвращением Риммы Радиковны и офисная жизнь вернулась в своё обычное русло. Работы значительно поубавилось, и сейчас это меня почти удручает. Появилось слишком много свободного времени для раздумий, рефлексии.
Слишком много пространства для одной разрушительной мысли: а что, если на этом всё и закончится? Смогу ли я вынести осознание того, что сама от всего отказалась? Настолько ли сильна моя боль, чтобы навсегда перечеркнуть шанс на отношения с Даном? И у меня снова нет ответа. Я словно попала в игру на выживание, где заперта в клетке с самой собой. И такая компания, увы, не гарантирует, что к утру не будет обнаружен мой труп.
Не знаю, что становится поводом к тому, чтобы внезапно выйти из кабинета.
На моём рабочем столе всё ещёстоит неостывшая чашка с кофе, да и в туалет совсем не хочется. Просто в одну минуту будто стало не хватать воздуха и я почувствовала необходимость пройтись.
И стоит мне только очутиться в офисном коридоре, как в ноздри проникает знакомый аромат мужского одеколона, от которого сердце словно по команде начинает колотиться сильнее. Застыв, я кручу головой по сторонам. Где он? На ресепшене Дана нет.
