Я не хочу знать, что происходит с рыбой в промежуток между её отловом и приготовлением супа.
– Ну хорошо, эту часть я скрою на улице за сараем. Кстати, с утра видел на заднем дворе кошку. Тощая такая. Думаю, ей понравится то, что не попадёт ни на сковороду, ни в котелок.
– Прекрасная мысль, – я закивала, соглашаясь. – Раньше у нас жили кошки. Кухарка каждое утро выносила им есть в деревянных мисках, хоть отец и бранил её за это. Он считал, что они должны ловить мышей и крыс и питаться исключительно ими.
– Не одобряю, – он скривился.
– На одних мышах долго не продержишься. Та, что бегала сегодня, здоровой и откормленной ну никак не выглядела. Так что потроха ей. Можно и часть филея. Не объест она нас…
… Так болтая ни о чем, мы дошли до частично обвалившейся каменной колонны забора. Прошли по внутреннему двору и оказались на кухне.
В доме царила тишина. Поставив на стол корзину, Дерек подхватил ведро с теплой водой и взглянул на меня:
– Моя дама не желает ополоснуться после удачной рыбалки?
– Если джентльмен доставит ведро на второй этаж.
– Для тебя всё что угодно, Натали, могу даже помочь в процессе… – его глаза сверкнули.
– Ну нет уж, достаточно и того, что мы спим в смежных спальнях и у нас одна умывальня на двоих…
– …и так хочется войти в нее не вовремя, да всё не выходит, – пробормотал он.
– Ты несносен.
– Да, мне это известно. Как только выдам тебя за себя замуж, сразу же обвалю эту ненавистную стенку между спальнями и сделаю одну большую просторную комнату с огромной кроватью.
"
"– Дерек Смони, такие разговоры неприличны! – фыркнула я.
– Неприлично их не вести, Натали. А я здоровый мужчина с вполне конкретными мечтами. В умывальню, душа моя, от тебя несёт как от русалки.
– Ты знаешь ли, тоже не водяными кувшинками благоухаешь, – пробурчала я и отправилась наверх.
***
Склонившись над глубокой лоханью, выдолбленной из цельного дерева, я старательно промывала волосы. Речной запах не уходил, что начинало раздражать. Снизу до меня доносились звуки – хлопок дверей, удар ведра о косяк.
Дерек должен был чистить рыбу, и я очень сильно опасалась, спустившись после водных процедур, увидеть кухню, всю уделанную в рыбьей чешуе.
Но как ни странно, мне нравились эти опасения. Приятные домашние хлопоты и осознание быта. Ощущение собственного дома. Семьи.
Я остановила собственные мысли, напомнив, что я здесь второй день. Ну какая семья?
""Счастливая, – шепнул внутренний голос. – Та, в которой любят друг друга, несмотря ни на что"".
