Моя команда делает все возможное, чтобы доказать, что наше отношение к тебе не изменилось, но фанатам нужно увидеть тебя на льду вместе с остальными парнями. Только так люди поверят, что мы не кривили душой. Второй вариант – интервью вместе с тренером на диване у Мэтта Лауэра. (бывший ведущий программы Today на NBC – прим. пер.)
У меня вырывается невольный смешок.
– Вряд ли тренер Хэл согласится.
– Хэл сделает все, что потребуется команде. Как и ты. – Последнее слово произнесено со зловещим нажимом.
– Или что? – ворчливо интересуюсь я.
– Уволите меня? Игрока-гея? Хорошо же это скажется на команде.
Фрэнк нетерпеливо постукивает ногой.
– Не надо так, Райан. Я задницу рву, чтобы унять бурление в прессе. Пойми, я на твоей стороне. Поэтому давай-ка ты наденешь коньки и облегчишь мне жизнь.
– Во сколько у нас тренировка? – спрашиваю я. Колесики у меня в голове начинают крутиться.
– В одиннадцать.
Я оглядываюсь на Джейми. Пару часов назад ему измеряли температуру, и она – наконец-то – снизилась до тридцати семи с половиной.
– Хорошо, сегодняшнюю тренировку я откатаю. Но в Тампу не полечу. Если завтра его выпишут из больницы, то он не сможет быть дома один. У нас нет здесь родных.
Фрэнк обдумывает мое заявление.
– Договорились. Но лучше найди кого-нибудь, кто с ним посидит. Дальше у тебя «Нэшвилл», и команда не позволит тебе пропускать игры. Разве что в случае тяжелого семейного кризиса.
Мне хочется по чему-нибудь стукнуть. У меня и есть тяжелый семейный кризис. Нет, тяжелейший.
– … и фанатам нужно увидеть, что твоему месту в команде ничего не угрожает.
Если ты на несколько дней пропадешь, у них сложится впечатление, будто мы пытаемся избавиться от тебя. Чем раньше ты выйдешь на лед, тем быстрее затихнет шумиха.
Что ж, теперь он играет мелодию, под которую я могу танцевать.
– Хорошо. До «Нэшвилла» я что-нибудь придумаю, – говорю я, просто чтобы он наконец-то умолк. – И в одиннадцать буду на тренировке.
Он показывает подбородком на палату, где лежит Джейми.
– Тогда иди попрощайся.
Я довезу тебя до дома, чтобы ты немного поспал. Нам надо, чтобы ты выглядел бодрым.
А больше ничего вам надо? Секунду я смотрю на него. Но черт, я все-таки без машины.
– Окей. Я сейчас.
Когда я возвращаюсь в палату, Джейми уже не спит.
– Ничего, если я оставлю тебя на пару часов? – Я сажусь на свободные несколько сантиметров матраса рядом с его бедром. – Болит что-нибудь?
Он с трудом сглатывает, словно его горло в огне.
– Иди. Все будет нормально.
