За компьютером, на котором она проработала все утро, сидел Леша Балабанов. Сидел, читал и правил текст.
У Аллочки обручем сдавило голову.
В Питере, в экзотическом музее пыточных приспособлений, куда водил ее гарвардский карьерист, чтобы «вздернуть усталые нервы», она видела такую штуку – обруч с палкой, чтобы сдавливать голову по вискам. Сдавливать до тех пор, пока не полезут черные вздувшиеся мозги.
Дыхание сбилось.
Аллочка неслышно в общем гуле подошла и заглянула Леше через плечо.
ФСБ превратилась в КГБ.
Террористы в туристов. Журнал почему-то в криминал – фантазии, что ли, не хватило? Вестибюль в вестибуляр. И так далее и тому подобное во всех вариантах.
Леша исправил еще что-то, закрыл файл и уверенной рукой отправил его по электронной почте на батуринский адрес.
Батурин – собака – Старая площадь – точка – ком. Аллочка знала этот адрес наизусть.
Батурин получит ее статью. Не сейчас, а, допустим, завтра, когда доберется до своего почтового ящика. Или сегодня вечером.
Станет смотреть, что пришло ему за день, и увидит Аллочкину статью с вестибуляром вместо вестибюля.
Как во сне Аллочка медленно подняла с пола портфель, размахнулась и что было сил врезала Леше по шее.
Леша хрюкнул и ткнулся лбом в монитор.
– Ты что?! – закричали за спиной. – Сдурела?!
Аллочка размахнулась и врезала снова. Леша вскочил и попятился, защищаясь руками, глупо размахивая ими перед самым Аллочкиным носом, но не задевая ее.
– Ах ты, сволочь, – негромко сказала она и вырвала руку, за которую ее схватили, – ах ты, гадость такая! Мало того, что ты меня извел своими приставаниями, ты еще мне все тексты перепортил!
– Успокойся, – скороговоркой забормотала Магда Израилевна, издалека приближаясь к ней, – успокойся, Зубова, что с тобой?
– Ну ладно, ты решил меня трахнуть, – продолжала Аллочка, ничего не видя и не слыша вокруг, – но в мои тексты ты зачем полез?! Чего тебе надо-то?!
Она снова замахнулась, чтобы ударить, и в последний момент поняла, что в руке у нее больше нет портфеля, отобрали, и тогда она ударила кулаком – сильным, острым девичьим кулаком, и прямо по зубам.
"
"– Григорий Алексеевич! Кира! Зубова, успокойся! Магда Израилевна, не подходите к ней, видите, она бешеная! Может, милицию вызвать? Аллочка, в чем дело? Леша, отойдите от нее! Да она не в себе!..
Леша улыбнулся и отнял от губы ладонь.
– Тексты? – переспросил он и опять улыбнулся.
