– Послушайте, – быстро сказал Сергей, – Костик, которого убили, – это начальник моей жены. И друг. Милиция считает, что его убила Кира, а это чушь! Помогите мне, пожалуйста. Кого вы видели? Кто разговаривал? Кто хороший человек?
– Покойный разговаривал, – буркнула нянька, – на третьем этаже. С Леной, женой хоккеиста. О чем, не знаю, они замолчали, когда мы проходили. Лена поздоровалась, у нее глаза… Короче, плакала она и на нас не смотрела. Мы прошли, и все. Больше никого не видели.
Сергей ожидал чего-то в этом роде, но все равно ощущение было такое, как будто за шиворот вывернули ушат с лягушками.
– А вернулись когда?
– Ну, сколько мы гуляли? Может, минут двадцать. Федот сказал, что ему нужно башню построить из песка и прочесть волшебный стишок, чтоб к утру был замок. Ну, мы и пошли башню строить.
– Получился замок?
– Не-а, – откликнулся Федот, – его машина переехала. Башню то есть.
– Только я вам сказала, а больше никому повторять не буду, – объявила решительная Вася, – вы так своей милиции и передайте.
Никаких протоколов и свидетельских показаний. Никто не докажет, что мы с Федотом ее видели, с покойником-то!
– Да я не из милиции!
– А мне все равно. Ничего не видела, ничего не знаю. Вероника вернется из Парижа, пусть ее спрашивают, а я тут человек посторонний. На работе я.
– Вась, я есть хочу!
– Ты только что ел!
– Я опять хочу.
– А пока вы башню строили, из подъезда никто не выходил?
Вася сердито вздохнула:
– Валентина вышла, и больше никто. Валентина Степановна, домработница с пятого этажа.
Ваша, если вы… муж Киры Михайловны.
Сергей вдруг почувствовал, как холодные лягушки, шевелившиеся на спине, стремительно замерзают еще больше, превращаясь в давешний антарктический панцирь.
Валентина?!"
"– Ну все, – заметив, как изменилось у него лицо, объявила Вася, – до свидания. Мы должны чай поставить. Мы опять есть хотим.
– Васька ватрушку испекла, – похвастался Федот Шубин, – я только половину съел. А половину сейчас буду.
– Точно… Валентина?
– У меня пока куриной слепоты нет, – язвительно отрезала Вася, – до свидания.
– До свидания, – пробормотал Сергей.
Аллочка трусливо просидела на работе до половины десятого. Вряд ли Леша Балабанов станет ждать ее так долго.
Делать на работе в это время было совершенно нечего. Все подписи к фотографиям она давно сдала Магде Израилевне, особенно старательно, с высунутым языком, перечитав их перед тем, как сдать.
Все оказалось в порядке.
