– Домашний есть у нее, не знаете, девочки?
«Девочки» – Кира с Верочкой – покачали головами.
– Вера, пошли ко мне в кабинет, я посмотрю материал.
– Чайку? – спросила Раиса и посмотрела на Киру поверх очков. Палец был плотно прижат к тому месту в списке сотрудников, где, очевидно, значилась «дура из отдела новостей». – Кофейку? Или сама поставишь?
– Конечно, поставлю, – согласилась Кира.
– Я вечером заеду, – в спину ей сказал Костик.
– Только ты позвони сначала, – напомнила Кира.
– Ну, ясный перец.
Кира закатила глаза. Этот «перец» вконец извел ее редакторское ухо. Тим практиковал его к месту и не к месту, и его друг Илюха тоже, и в редакции он носился от одного сотрудника к другому, как метеор! Кто его придумал, этот перец дурацкий!
– Костик, – предупредила Раиса у нее за спиной, – если ее на месте нет, я не знаю…
– Ладно-ладно, – бросил шеф, и дверь за ним закрылась. Кира знала по звуку, как закрывается каждая редакционная дверь.
…И все-таки почему Костик?
Никому и в голову не приходило называть ее бывшего мужа Сережик, а ведь они с Костиком ровесники, и Сергей в своей конторе такой же начальник, как Костик – в своей.
На работе его звали исключительно Сергей Константинович, хотя неудобно это было и длинно, и язык непременно запутывался между всеми «т» и «н». Может, просто среда другая?
– Тебе чай или кофе? – Кира была недовольна собой и поэтому говорила громко, громче, чем всегда.
Бывший муж вторгся в ее мысли слишком бесцеремонно, и она не знала, как теперь от них избавиться.
Верочка ничего не знала про Кириного бывшего мужа, который застрял в ее мыслях, слышала только громкий недовольный голос и смотрела на Киру с некоторой опаской и некоторым излишком преданности.
– Не обращай внимания, – сказала ей Кира, – я просто думаю о другом. Так чай или кофе?
– Кофе, – выбрала Верочка. – Кир, а почему он меня попросил колонку за него написать? Ему… нравится, как я пишу?
Скорее всего попросил потому, что ее мордашка первой попалась ему на глаза, подумала Кира.
Это очень в духе Костика. Самому писать лень. Замов искать лень. Ну пусть хоть вот эта напишет, хорошенькая! Потом в случае чего перепишем!
– Я не знаю, – ответила Кира, не придумав ничего получше. Она понятия не имела, как пишет Верочка, и не хотела авансом говорить, что та пишет хорошо. Просто чтобы потом не сказать, что материал плохой. – Давай посмотрим.
