Я молчу, с вызовом поднимая подбородок. Если честно, думала, он уже успел пронюхать, кто это. Выходит, не успел, вон как искренне бушует.
— Можешь не отвечать, — кривится Игорь. — Зверев?
Он внимательно изучает мое лицо, и хоть я не сказала ни слова, удовлетворенно кивает.
— Я так и знал.
Секунда, и Игорь хватает меня за плечи, звереет на глазах и гремит:
— Ты с ним спишь? Спишь?! С чего еще ему тебе помогать?
Я со всей силы пытаюсь его отпихнуть, упирая ладони ему в грудь, но куда там.
Горло сковывает спазмом от страха.
"
"— Отвечай! — снова трясет меня за плечи он.
— Да пошел ты! — бросаю прямо ему в лицо. — У тебя нет никакого права устраивать мне допрос!
— Значит, спишь.
— Я этого не говорила!
— У тебя на лице все написано.
— Хреновый из тебя чтец лиц! — фырчу я.
Вижу, как дергается его правое веко, а затем взгляд мужа темнеет, и он впивается в мои губы поцелуем. Жестким, наглым, бесцеремонным.
Ни капли нежности, только напор и желание что-то доказать.
Себе? Мне?
Я крепко сжимаю губы, не отвечаю на его поцелуй, но его это не волнует — он слишком увлечен, пытаясь преодолеть мое сопротивление.
Яростно мотаю головой, мычу, чувствуя, как в уголках глаз собираются злые слезы.
А затем делаю первое, что приходит в голову — кусаю его.
Муж вскрикивает, отлетает на шаг назад, тяжело дыша. Трет губы пальцами, взрывается:
— Ты совсем ополоумела?!
— Больше. Никогда. Не смей. Так. Делать! — в запале кричу я, смахивая вырвавшиеся из глаз слезы тыльной стороной ладони.
Меня аж передергивает от омерзения.
Если честно, с тех пор как узнала о Маше, я не раз пыталась представить, как буду себя чувствовать, если он меня поцелует. Вот, узнала. Оказалось, еще хуже, чем думала.
Игорь снова на меня надвигается, прижимает к стене рядом с дверью в подъезд, хватает ладонями за лицо и выдыхает мне в губы:
— Я тебя ему не отдам. Никому не отдам.
— Я тебе не вещь, чтобы отдавать или не отдавать меня, понял?! — в сердцах кидаю я. — Оставь меня в покое!
Куда там.
Он выпускает мое лицо лишь для того, чтобы крепко, словно стальными клещами, вцепиться в мои плечи обеими руками.
— Отпусти, — отчаянно шиплю я.
— Ты плохо слышишь? — раздается за спиной Игоря ледяной, пробирающий до мурашек голос. — Девушка попросила ее отпустить.
Руслан.
Внутри вспыхивает огонек радости, но затем мои щеки заливает краска стыда. Господи, вот уж чего я хотела меньше всего, так это того, чтобы Руслан стал свидетелем такой неприглядной сцены.
