Меня тошнит от гадливости. Смотрю на синяки у нее на бедрах, груди, ногах и чувствую себя отвратительно. Я определенно зверствовал.
Блондинка протягивает руку, требуя дать ей воды, и я передаю ей бутылку. И тут начинается спектакль. Она пьет воду, намеренно обливая ей грудь. Большие соски тут же напрягаются от холода, а по ее коже прокатываются мурашки. Но это все напрасно, у меня не встанет. Это только под алкоголем прокатывает. А в реальности у меня эрекция на другое.
– Слушай, детка, я на работу опаздываю.
Давай вызову тебе такси.
– А я никуда не тороплюсь, – девушка намеренно роняет крышку от бутылки. – Ой, – томно тянет и наклоняется за ней, намеренно выпячивая передо мной свой голый зад. Блядь! Тру лицо, ощущая, как усиливается головная боль. Надо выпроводить эту порно-актрису, но, похоже, намеков она не понимает. – Могу остаться, убраться здесь, приготовить ужин, – улыбается девка и подходит ко мне вплотную, касаясь голой груди. – И очень скучать по тебе, – выдыхает она, опаляя меня несвежим дыханием.
Ухмыляюсь, отходя от девки, укорачиваясь от наглых рук.
– Не получится, детка, сейчас придет моя мама, – нагло лгу я. – А она очень не любит посторонних.
– Такой большой мальчик живет с мамой?
– Я маменькин сынок. Не могу без присмотра.
– Ты серьезно живешь с мамой в студии? – удивленно приподнимает нарисованные брови.
– Серьезней некуда! – уже агрессивно огрызаюсь я и набираю номер такси. Надоело любезничать. Меня скоро вырвет от этой шлюшки.
Когда телка, наконец, меня покидает, я спокойно выпиваю пару шипучих таблеток от похмелья и принимаю душ.
Переодеваюсь и вызываю клининг. Пока «феи чистоты» приводят мою съемную квартиру в порядок, иду в когда-то любимый кафетерий выпить кофе и привести мысли в порядок."
"Я намеренно выбрал квартиру в том же районе, в котором мы жили с Таней. Рядом с нашим кафе, из которого я таскал ей кофе и выпечку почти каждое утро. Ей очень нравились десерты, и мы засиживались там по вечерам. Все, конечно, изменилось.
Интерьер другой, новая мебель, персонал и меню, но наш столик возле окна на том же месте. Я чертов мазохист. Но мне нужно вывернуть душу наизнанку, потосковать по нам и в очередной раз понять, что все лучшее в моей жизни уже было.
Наш столик занят молодыми, звонко смеющимися студентами, и я скидываю кожаную куртку, вешаю ее на спинку стула, закатываю длинные рукава футболки и сажусь в конец зала. Заказываю себе двойной кофе и набираю номер Феликса.
