Будто от меня защищается.
- Почему ты решила, что имеешь право лезть в нашу семью? – сбрасывает с себя мои руки.
Становится еще злее, но теперь уже не на бывшую жену, а на меня.
- Не имею права, но…
Кажется, что ладони жжет адским огнем, и я сжимаю их в кулаки.
- Пап, Лиль, не ругайтесь, - становится между нами Софи.
- Нет, бусинка, мы не ругаемся. Все хорошо, - стараюсь говорить уравновешенно.
Малышка расслабляется, своей маленькой ручкой гладит мою, заставляя ослабить кулак. Ее порыв не остается без внимания цербера.
И он срывается с цепи.
- Хватит втираться в доверие моей дочери, - приказывает хоть и негромко, но грубо и жестко. С ненавистью, которой я не заслужила. - Я попросил тебя лишь присмотреть за ней, - надвигается, как танк, смотрит свысока, обволакивает яростью. – А воспитывать будешь своих детей, - убивает наповал одной лишь фразой.
- Вряд ли… - случайно слетает с губ, а ладони сами ложатся на живот. Пустой. Безжизненный.
Надеюсь, Артур не услышал и не заметил ничего.
Прикрываю глаза, которые щиплет от подступающих слез.
Сглатываю болезненный ком в горле, пытаюсь вдох сделать, но легкие отказываются работать. Плакать нельзя – бусинку напугаю. Она и так пытливого взгляда с нас не сводит.
Как у цербера получается это? Даже не притронулся, а я чувствую себя избитой и уничтоженной.
- У вас тут все в порядке? – приближается папа. – Маленькая хулиганка, ты опять по дому прячешься, - с добрым хохотом присаживается напротив Софи. – Вот сбежишь еще раз, я украду тебя и внучкой своей сделаю, - шутливо угрожает, а сам щелкает пальцем по ее носику.
На меня еще сильнее накатывает отчаяние. Да, папа хотел бы своих внуков. Очень. Но я даже одного не могу ему дать…
- А что, мне нравится! – неожиданно заявляет Софи. – Тогда Лиля будет… - тянет задумчиво, - …тетей! У меня как раз нет тети.
Артур отворачивается от меня, отступает.
- Нам пора домой, - гораздо адекватнее говорит он дочери.
И теперь она слушается. О звонке матери никто больше не вспоминает. Да и Артур выпустил пар, не будет на малышку кричать, если зайдет разговор.
Выплеснул на меня весь свой негатив. Пусть. Зато Софи не пострадает от его вспыльчивости.
- До завтра, рыбка Лиля? – вопросительно смотрит на меня она.
Несмотря на то, как сильно хочется послать к чертям ее отца, я… не могу сказать малышке «нет». Ведь буквально несколько часов назад я обещала ее не бросать.
- До завтра, - соглашаюсь я.
- Всего доброго, Лилия, - холодно прощается Мейер, и лучше бы он молчал.
