– Зря ты…
Одним резким рывком подхватывает меня под бедра и вбивает спиной в стену. Припечатывает своим горячим телом, вынуждает обвить ногами его мощную талию, вцепиться руками в плечи, чтобы не упасть.
Не дав ни секунды передышки, цербер вгрызается в мои губы. Бешено, неистово. Будто имеет на это право.
Я отвечаю на поцелуй. Со всей неистраченной страстью, что накопилась во мне за эти недели и готова выплеснуться наружу.
Крепче сжимаю Артура ногами, отчетливо ощущая его возбуждение, которое передается и мне.
Острыми импульсами поражает тело, закручиваясь в тугой клубок внизу живота.
Спускаю руки с плеч Мейера, лихорадочно расстегиваю верхние пуговицы рубашки, случайно царапая грубую кожу. Цербер не остается в долгу. Поцелуями-укусами обжигает мою шею и тут же зализывает «раны».
- Папа вернулся? – радостно звучит из коридора, а я вздрагиваю, ногтями оставляя несколько глубоких борозд на груди Артура. – Папа, выходи, я заметила твои вещи внизу! – звонкий смех, наконец-то, заставляет остановиться и Мейера.
- А мама?.."
"Дверь распахивается ровно в тот момент, как я соскакиваю с Артура на пол. Хотя бы так…
Но он по-прежнему обнимает меня. Стискивает в цепких лапах и не спешит отпускать.
- Ли-иля? – ошеломленно тянет бусинка.
Медленно изучает нас обоих. Наблюдает, как я высвобождаюсь из объятий Артура, поправляю волосы и одежду.
И прищуривается.
Мое сердце пропускает удар.
Я знаю, что значит этот взгляд. По отцу ее выучила.
На дне каре-зеленых глаз плещется… разочарование.
- Поэтому мама не приехала? – молниеносно реагирует Софи. – Из-за того, что Лиля заняла ее место, - это уже не вопрос. Факт.
- Нет, бусинка, - тяжело выдыхаю.
Делаю шаг к ней, руку протягиваю. Но малышка смотрит на меня, как на врага. И губки поджимает.
Как же горько видеть ее такой.
- Софи, - поправляет меня, четко давая понять: это конец. Проводит невидимую грань между нами. Потому что я посмела влезть в их семью. – И тебе пора, - рявкает грубо. Совсем как ее отец.
- Извинись, Софи, - повелительно обращается к ней цербер, но делает лишь хуже.
Малышка прижимает к себе любимого зайца, пятится назад. Головой отрицательно качает.
- Не надо, - пытаюсь остановить взрывного мужчину и импульсивно обхватываю его ладонь.
Но… Бусинка бросает быстрый взгляд на наши сплетенные руки, «достреливает» меня своей обидой. И, всхлипнув, убегает прочь.
Виновато смотрю на Мейера.
- Тебе придется самому поговорить с ней, - шепчу обреченно. – Меня она не примет.
