Пять минут спустя они покинули издательство. В кармане Макара лежал листок с данными юриста.
– Нужно связаться со следователем, который ведет дело Юренцова, – сказал Сергей, когда они сели в машину. – У нас полно информации. Пора делиться.
– Сразу после встречи с юристом, – пообещал Макар.
– Если этот тип вообще согласится с нами разговаривать.
– Если откажется, сдадим его следователю. Пусть разбираются без нас. Но я хочу посмотреть на человека, который представлял интересы убийцы.
Сергей построил маршрут до офиса юриста.
– Какое у него отчество? – спросил Илюшин, набиравший номер на телефоне.
Бабкин взглянул на свои записи.
– Семенович. Лев Семенович Котляр. Пристегнись!
Лев Семенович не отвечал на звонки. Макар упорно продолжал дозваниваться, так что в конце концов Бабкин предупредил, что Котляр занесет его в черный список как оголтелого спамера.
– Может, он в суде. Или обедает. Который час?
– Двенадцать без пяти.
– Самое подходящее время. – Сергей вспомнил, что, кроме худосочной яичницы из двух яиц, больше ничем не завтракал.
"
"– Поговорим с Котляром – отведу тебя в кафе, – великодушно пообещал Илюшин.
– Только с человеческой едой, а не китайской!
Они свернули с проспекта и оказались в жилом квартале. Бабкин вел машину на малой скорости, одним глазом наблюдая за детьми на самокатах, которые катились параллельно ему по тротуару, обгоняя друг друга и то ли дурачась, то ли ссорясь всерьез.
– А что это мы тащимся? – недовольно осведомился Макар.
– Куда нам торопиться?
– Похоже, вон в той «свечке» его офис… – начал Илюшин, вытягивая шею.
Один из мальчишек с силой толкнул приятеля. Самокат вильнул, накренился и вместе с владельцем вылетел на проезжую часть, под колеса «БМВ».
Бабкина спасла реакция. Он ударил по тормозам в тот момент, когда самокат начал произвольное движение по тротуару. «БМВ» дернулся, их обоих бросило вперед. Спустя десять секунд тишины, показавшихся Илюшину бесконечными, из-под переднего бампера раздался громкий рев.
В следующие две минуты Сергей действовал с изумительным спокойствием.
Позже Илюшин вспоминал, что размеренные отточенные движения его друга напоминали танец.
Бабкин включил аварийку, отстегнул ремень и выбрался наружу. Вытащил мальчика, поставил его перед собой, не обращая внимания на собирающихся вокруг зевак и охающих бабок, перемещавшихся, на взгляд Макара, либо со сверхзвуковой скоростью, либо силой мысли, потому что минуту назад ни одной бабки в радиусе пятисот метров он не наблюдал.
