– Если ты не приедешь в воскресенье, можешь считать, что сестер у тебя больше нет, – отчеканила Кристина. – И отца тоже.
– Это ты и от папиного имени мне заявляешь? – тихо спросил Илья.
Кристина не успела ответить: в соседней комнате заревел Антон, и Илья вышел быстрее, чем я дернулась.
Мы остались вдвоем на кухне.
Все это время я молчаливо сидела в углу, не участвуя в разговоре.
Прошла минута, другая. Из соседней комнаты доносился голос Ильи, успокаивавшего нашего сына.
– Ты делаешь ошибку, – сказала я. – Сейчас у вас есть возможность что-то изменить.
Но если вы вернете все как было и притворитесь, будто ничего не случилось, так и останетесь в замкнутом круге.
– Молчи, – оборвала она меня с грубостью, которой я от нее прежде не слышала. – Это тебя не касается! Это семейное дело.
Я усмехнулась и сказала, что ее брат, так уж получилось, и есть моя семья.
Кристина не отозвалась. Она смотрела в окно, то ли делая вид, то ли действительно забыв о моем существовании. Спустя минуту вернулся Илья.
– Машинку сам себе на лоб уронил… – Он с улыбкой покачал головой.
Кристина тут же встала.
– Мама, папа и мы с Варварой ждем тебя в это воскресенье.
Она ушла. Илья долго молчал, затем задумчиво сказал в пространство:
– По сути, визит Кристины – отчаянный крик о помощи…
Я засмеялась и вышла. И продолжала смеяться, идя куда-то, не помню точно, куда, кажется, в тапочках на лестничную клетку, потому что мне срочно требовалось покурить, и хотя я бросила сто лет назад, а в доме, где мы живем, нельзя дымить на этажах, я все-таки шла по старой памяти то ли вверх по лестнице, то ли вниз, в надежде найти старое продавленное кресло, батарею с пустой баночкой на подоконнике, куда можно сесть, закурить и смотреть в пыльное подъездное окно, не думая совсем ни о чем.
Как я могла надеяться, что они его отпустят!
Как я могла быть так глупа!
«Дисфункциональные семьи, – наставительно заговорило радио в моей голове голосом ведущего Николая Дроздова, – жестко контролируют членов своего сообщества.
Даже когда наблюдателю кажется, будто участник решительно порвал отношения с группой, его возвращают коллективными усилиями, поскольку его пример может привести к негативным последствиям для оставшихся членов семьи».
Это семейное дело."
"Следующие два дня, куда бы я ни пошла, мне везде чудился взгляд моего свекра. Я так и не решила, что думать об эпизоде с книгой. Могло ли мне показаться? Да, вполне. Я крутила в голове мысль, что передо мной стоит убийца.
