Хотя нет, после моего освобождения я так и не поела, лично испеченные им тортики, но думаю, я смогу его подловить.
В обед мне было худо. Очень худо, то ли от яда, то ли от жалостливого взгляда Генриха. Я лежала в его опочивальне, а он не отходил от меня дольше чем на пятнадцать минут. Гонцы запаздывали. Генрих страдал, страдал от того, что не мог мне помочь, страдал от того, что не был уверен прибудут ли гонцы, страдал от того, что мне становится хуже. Еще утром я могла ходить и спокойно говорить, а через несколько часов лежала с такой температурой, что на мне только блины жарить и то подгорят.
В комнату постучался Фрэнк.
- Ваше Величество, все травы привезены. - сказал он с отдышкой."
"- Принесите сюда. - скомандовал король, а когда охранник убежал, сказал мне: - Мне позвать других лекарей? Ты не сможешь в таком состоянии его приготовить.
- Соотношение знаю только я, мне конечно плохо, но не до такой степени, что я совершенно беспомощна.
Когда я измельчала и смешивала травы, Генрих внимательно смотрел на всё что я делаю, а меня заботило лишь одно: в книге была написано, что противоядие надо выпить до того, как яд успеет подействовать, иначе ничего не выйдет, главная проблема состояла в том, что яд успел раствориться и подействовать.
Я боялась, боялась, что слишком поздно.
Когда всё было смешено в правильном соотношении и было готово к употреблению, мои руки дрожали, а сама я чувствовала страх и немного стыда. Если противоядие не подействует, то Генрих зря проделал всю эту работу, зря посылал гонцов во все стороны страны, зря был здесь со мной, зря готовился к свадьбе.
.. Противоядье было горьким на вкус и фиолетовым на цвет, оно было густым, оттого медленно лилось по гортани. А вечером мне стало хуже, настолько хуже, что каждое слово давалось мне с огромным усилием. Король всё не отходил от меня. Он читал мне вслух, рассказывал различные истории из жизни, как он путешествовал, уезжал на войну, проигрывал деньги в карты, когда был моложе, делал всё, чтобы я забыла о своем недуге.
Но я не забыла, не могла забыть, потому что он напоминал мне постоянно.
Мне было так худо, что моя уверенность, что я доживу до завтрашнего утра, куда-то улетучилась.
- Генрих. - сказала я тихим голосом посередине очередной истории.
- Да?
- Не забывай пожалуйста кормить Беллу, она совершенно не может без еды.
- Сама её будешь кормить, не думала же ты скинуть на меня эту обязанность. - он явно хотел быть веселым, но в нынешней ситуации это плохо удавалось.
