Все вели себя в их манере, никто не был ни особо груб не особо сладок, было конечно странно ожидать, что убийца сразу обнаружится, но крупица надежды была.
У нас есть только женские сапожки, которые могли бы принадлежать, как Дионессе, так и Линде, и куча покушений, одно из которых было даже на меня.
А вообще, когда было первое покушение? На моей памяти оно было, когда в Генриха выстрелили и Ами (а в последствие и я) ходили обрабатывать рану. Нет! НЕТ! Как же я могла забыть о такой важной детали! Я не знаю, когда было самое первое покушение на короля, но зато я знаю за что меня взяли лекарем в замок! То отравленное мышьяком вино, которое я откинула.
Что же сказал тюремщик про вино... Из личного архива, опять тупик. Но это единственная целая ниточка, которая может мне помочь. Я должна туда сходить, пусть даже там уже проверили агенты Генриха, но вдруг они что-то упустили.
Сказано-сделано. Я не любила откладывать дела на потом, особенно, когда теперь это касается не только смерти Ами, но и моей собственной жизни.
У Генриха сегодня было тайное совещание после обеда, на котором мне, естественно, быть нельзя, и именно это и побудило меня отправится к моему любимому тюремщику. Была только загвоздка - королевским лекарям запрещено выходить из замка без особой на то нужны, да даже с нуждой можно выйти только по бумаге от короля или его советника. Получить я эту бумажку не могла, во-первых, не хотелось распространяться про мою вылазку, даже Генриху, а во-вторых, про мою вылазку не должны знать ни стражники, ни придворные.
Несмотря на мою скрытность, Ханне я всё же сказала, что ухожу, и что она должна меня прикрыть, если меня будут искать. Естественно, говорить, что я иду в тюрьму расследовать что-то, я ей не говорила, Ханне достаточно было сказать, что мне нужно в город и она штырем ляжет - но ни в какую не признается никому, что я незаконно покинула замок. Легенда была до боли проста и банальна, в этот жаркий день, мне стало очень дурно и продолжать работать я не могла, из-за чего и пошла в свою комнату и повесила все обязанности на свою помощницу - Ханну.
Осталось только выйти из замка совершенно незамеченной и неузнанной после. Я сменила свое пастельно-голубое платье для сопровождения короля, на простое темно-серое, но которое очень удачно подчеркивало тонкую талию и поддерживало грудь и оголяющее ее точно по грани дозволенной высшим обществом, накинула плащ, закрыв голову капюшоном.
