Она не знала, почему он не смотрел на неё, может быть, стеснялся, а может быть, прошло много времени с тех пор, как он заказал напиток, и думал, что не может пялиться на неё всё это время. Очаровательно, если это было так.
— Это ты сказал ему, что я обычно пью мартини за обедом по понедельникам? — спросила она.
Официант покачал головой, но что-то в его улыбке заставило её усомниться в его полной искренности.
Кивком она дала официанту понять, что принимает заказ, и он отошёл от её столика. При нынешнем положении вещей она, вероятно, не раз примет такие жесты от поклонников в будущем, так почему бы не начать с кого-нибудь, кто показался ей привлекательным?
Она поднесла бокал к губам и заметила, что вкус у него другой.
Предположительно, это были две оливки на дне бокала, ингредиенты, делающие мартини «грязным». Возможно, это было то, к чему ей тоже придётся привыкнуть, — другой, более грязный вкус ко всему.
Мужчина за стойкой скользнул взглядом по залу, как будто не знал, где она сидит. Хелена подняла руку, поймав его взгляд.
Подняла бокал в тосте. В ответ он поднял свой собственный стакан с простой водой. Но без улыбки. Да, он, вероятно, был застенчивым человеком. Но потом он поднялся на ноги. Огляделся по сторонам, как бы желая убедиться, что поблизости никого нет, прежде чем подойти к ней.
И, конечно же, он подошёл к ней. Все мужчины рано или поздно поступали так, если Хелена этого хотела. Но когда он подошёл ближе, она почувствовала, что не хочет этого, пока нет. Она никогда не изменяла Маркусу, даже не флиртовала с другими мужчинами, и не собиралась этого делать, пока всё не уладится.
Как и всегда, она была такой прямолинейной, женщиной, любившей одного мужчину. Даже если Маркус был далёк от того, чтобы быть мужчиной-однолюбом. Потому что дело было не в том, что он думал о ней, а в том, что она думала о себе.
Мужчина остановился у её столика, начал выдвигать другой стул.
— Пожалуйста, не садись. — Хелена посмотрела на него снизу вверх с широкой улыбкой. — Я просто хотела поблагодарить тебя за коктейль.
— За коктейль? — он улыбнулся в ответ, но выглядел смущённым.
— Этот. Тобою присланный, верно?
Он со смехом покачал головой.
— А мы может притвориться, что я это сделал? Меня зовут Филип.
Она рассмеялась в ответ и тоже покачала головой. Он уже выглядел немного влюблённым, бедняга.
— Хорошего дня, Филип.
Он отвесил джентльменский поклон и покинул её. Он всё ещё будет там в тот день, когда всё закончится с Маркусом.
