Можешь себе представить, какое поражение будет для главного суперинтенданта и Крипоса, если ты раскроешь дело раньше нас? Насколько мне известно, могут быть законные основания, чтобы тебя остановить, и, если такие основания есть, думаю, они ими воспользуются.
— Я полагаю, что Юхан Крон изучил этот вопрос.
— О да, я совсем забыла, что он в команде Рё.
— Можешь что-либо рассказать о месте преступления?
— Две пары следов на входе и один на выходе. Я думаю, он подчищал за собой.
— Вскрытие Сюсанны Андерсен проведено?
— Вчера была только судмедэкспертиза.
— Нашли что-нибудь?
— Перерезанное горло.
Харри кивнул.
— Изнасилование?
— Никаких видимых признаков.
— Ещё что-нибудь?
— Что ты имеешь в виду?
— Ты выглядишь так, будто знаешь нечто большее.
Катрина не ответила.
— Понимаю, — сказал Харри. — Информация, которую ты не можешь предавать огласке.
— Я и так слишком много рассказала тебе, Харри.
— Понял тебя. Но полагаю, ты не будешь воротить нос от информации, идущей в противоположном направлении, если мы что-то обнаружим?
Она пожала плечами.
— Полиция не может отвергнуть сообщения от членов общества с какой-либо имеющейся у них информацией. Но награда не предлагается.
— Понятно, — Харри взглянула на часы. Три с половиной часа до полуночи."
"Как будто по молчаливому согласию они закрыли тему. Харри спросил о Герте. Катрина рассказала о нём, но у Харри всё ещё было ощущение, что она что-то скрывает. Наконец в разговоре наступило затишье. Было десять часов, когда Катрина вместе с ним спустилась по ступенькам в сад за домом, чтобы выбросить два пакета мусора в ведро.
Когда он открыл ворота и вышел на улицу, она последовала за ним и крепко обняла. Он чувствовал её тепло. Как и в ту ночь. Но знал, что то был один единственный раз. Когда-то между ними было притяжение, физическая химия, которую ни один из них не отрицал, но оба понимали, что это будет глупой причиной разрушить то, что было у каждого с их партнёрами в то время. Но хотя теперь прошлые отношения были уничтожены, уничтожено было и это притяжение.
И пути назад к этому сладкому, запретному возбуждению уже не было.
Катрина вздрогнула, отпуская Харри. Он видел, как она вглядывалась в улицу.
— Что-то не так?
— О, нет.
Она скрестила руки на груди, казалось, её бьёт дрожь, хотя вечер был тёплым.
— Послушай, Харри.
— Да?
— Если хочешь… — Она сделала паузу, перевела дыхание. — Можешь посидеть с Гертом как-нибудь.
Харри посмотрел на неё. Медленно кивнул.
— Спокойной ночи.
