И он — Маркус Рё — знал правила игры.
Верхняя часть его тела начала наклоняться вперёд, тёмные волосы упали на стакан. Ему удалось выпрямиться в последний момент. Какая у него пышная шевелюра. Настоящие волосы, которые не нужно было красить каждую гребаную неделю. Засунь это в свой анус.
Он схватился за стакан, чтобы было за что держаться. Осушил его. Может быть, ему стоит пить немного медленнее? По пути между двумя первыми барами он переходил улицу — извините, проспект, — и услышал пронзительное треньканье трамвайного звонка.
Он отреагировал так вяло, словно брёл по вязкой грязи. Тот напиток, который он выпил в первом баре, скорее всего был очень крепким, потому что теперь не только замедлились его реакции, но и как будто утратилось всякое чувство страха. Когда трамвай проехал так близко, что он спиной почувствовал движение воздуха, его пульс почти не участился. И это теперь, когда он снова захотел жить! Это ощущение напомнило ему о том, как он, находясь под стражей, попросил Крона одолжить ему галстук.
Не для того, чтобы надеть его, а чтобы повеситься. Крон сказал, что ему не разрешается ничего передавать. Идиот.
Рё оглядел комнату.
Они все были идиотами. Этому учил его отец, вбил эту мысль в него. Что все — кроме тех, у кого фамилия Рё, — идиоты. Что это были открытые ворота, всё, что тебе нужно было делать, это каждый раз забивать мяч. И ты должен был это сделать. Не жалей их, не говори, что хватит, ты должен продолжать идти. Приумножай богатство, продвигайся дальше, бери то, что идёт в руки, а потом ещё немного.
Чёрт возьми, возможно, он и не был самым одарённым в учёбе, но, в отличие от других, он всегда делал то, что говорил его отец. И разве это не давало ему право время от времени жить по-настоящему? Занюхать несколько дорожек порошка. Шлёпнуть пару парней по их тугим задницам. Даже если они не достигли этого идиотского возраста согласия, ну и что? В других странах и культурах видели картину целиком. Знали, что мальчикам это не причиняет вреда, что они вырастут и заживут нормальной жизнью, станут солидными, порядочными гражданами.
Не станут истеричками и педиками. Это не заразно и не опасно, если в тебя входил член взрослого мужчины, когда ты был юн, ты в безопасности. Он часто видел, как его отец ругался, но только однажды видел, как он вышел из себя. Это было, когда Маркус учился в пятом классе, и его отец, войдя в его спальню, обнаружил, что Маркус и соседский мальчик играют в постели в мамочку и папочку.
