Однако, в свете нарушения, которое, по-видимому, имело место, они будут внимательно следить за нами, и в следующий раз, когда произойдёт нечто подобное, полиция примет меры.
— Хм.
— Да, и это не преувеличение. Очень удивительно — я был уверен, что они положат конец нашему расследованию. С точки зрения политики это почти непостижимо, Бельману теперь придётся иметь дело со своими людьми и СМИ. У тебя есть этому объяснение?
Харри задумался над вопросом. Навскидку у него на примете был только один человек на их стороне, который мог бы оказать давление на Бельмана.
— Нет, — сказал он.
— Ну, в любом случае, теперь ты знаешь, что мы всё ещё в игре, — сказал Крон.
— Спасибо.
Харри повесил трубку и задумался. Они могли продолжать. У него впереди ещё три дня и ни единой стоящей зацепки. Как там говорят? «Кому суждено быть повешенным, тот не утонет?»
— Видишь ли, у твоей матери был талант.
Дядя Фредрик шёл по узкой тропинке на Слемдалсвейен, будто не обращая внимания на то, что люди, идущие в противоположном направлении, вынуждены были сходить на проезжую часть, чтобы пропустить их.
Кроме этого, сегодня он казался в здравом уме.
— Вот почему было так грустно видеть, как она отказывается от своей карьеры и бросается в объятия первого попавшегося покровителя. И хотя я и говорю «покровителя», но твой отчим ненавидел театр, он ходил туда лишь раз в пятилетку, чтобы показаться — у семьи Рё была традиция финансировать Национальный театр. Нет, он видел Молле на сцене всего один раз. По иронии судьбы она играла главную роль — Гедду Габлер38.
Молле была привлекательной женщиной, прямо-таки небольшой знаменитостью в то время. Идеально подходит для мужчины, чтобы похвастаться перед окружающими.
Прим уже слышал эту историю, но всё равно попросил дядю рассказать её. Не столько для того, чтобы проверить, сохранилась ли она в чертогах больного разума его дядюшки, сколько потому, что ему необходимо было услышать её снова, чтобы ещё раз убедиться, что принятое им решение было правильным.
Он не знал, почему прошлой ночью его вера вдруг пошатнулась, но, видимо, это было обычным делом перед важными моментами в жизни. Например, когда приближается день твоей свадьбы. И это — месть — ведь было тем, о чём он думал, о чём мечтал с тех пор как был мальчиком, поэтому не так уж и странно, что его мысли и чувства играют с ним злые шутки по мере приближения к цели.
— Таковы были их отношения, — сказал его дядя. — Она жила за его счёт. А он — за её.
