Мой тесть заглядывает и возится с ней, и… она пахнет Бьёрном.
Она понимала, о чём он думает. «В этой машине застрелился Бьёрн». Да, так и было. На этом автомобиле, который Бьёрн так любил и на котором отправился за город, он выехал на прямой участок дороги вдоль поля в Тутене. Возможно, об этом месте у него были тёплые воспоминания. Была ночь, он перебрался на заднее сиденье. Некоторые считали, что он поступил так, потому что его кумир Хэнк Уильямс умер на заднем сиденье машины, но она подозревала, что это было потому, что он не хотел испортить водительское сиденье.
Чтобы она могла и дальше ей пользоваться. Так что она должна ей пользоваться. Да, она знала, что это безумие. Но если она таким образом наказывала себя за то, что обманула хорошего человека, заставив его поверить, что её ребёнок от него, человека, который всегда был добр, слишком добр, что с того? Он любил её до безумия и всегда сомневался, что она и правда его любит, он даже дошёл до того, что прямо спросил её, почему она не выбрала равного себе мужчину.
Нет, это наказание она с радостью принимала.
— Хорошо, что ты смогла так быстро добраться сюда, — сказал он.
— Я была неподалёку от Института судебной медицины. Так в чём дело?
— Я только что обнаружил, что мой водитель не совсем трезв, а мне нужно в одно место, куда ты можешь меня провести.
— Звучит не очень многообещающе. Куда бы ты хотел попасть?
— Места преступлений, — сказал он. — Я хочу их увидеть.
— Ни единого шанса.
— Ну давай же. Мы нашли вам Бертину.
— Я это понимаю, но я ясно дала понять, что мы не вознаграждаем за наводки.
— Да. Они всё ещё оцеплены?
— Да, так что нет, ты не можешь пройти туда сам."
"Харри посмотрел на неё с чем-то вроде скрытого отчаяния. Она узнала этот взгляд, узнала эти чёртовы бледно-голубые глаза, сейчас чуть более широкие, чем обычно, тело, которое не могло долго усидеть на одном месте. Будто у него муравьи под кожей, будто у него мания. Или это было нечто большее? Она никогда раньше не видела его таким взволнованным, словно это дело было вопросом жизни и смерти.
Так оно, конечно, и было, но не его жизни или смерти. Или?.. Нет, конечно, это была просто мания. Что означало, он должен — должен — охотиться.
— Мм. Тогда отвези меня к бару «Шрёдер».
Или должен выпить.
Она вздохнула. Проверила время.
— Как тебе удобно. Ничего, если по дороге я заберу Герта из детского сада?
Он поднял бровь. Взглянул на неё, как бы говоря, что подозревал, что у неё были скрытые мотивы.
