Конечно, я понимаю, мозг питателен и является прекрасным местом для вылупления яиц. Но мозг не особенно хорош, — он посмотрел на свою тарелку и неодобрительно причмокнул. — Как ты считаешь?
Каспаров с силой тянул поводок. Тропинки, по которой они шли, больше не было. Ещё днём небо затянули тучи, и теперь единственный свет исходил от фонарика Сон Мина. Он остановился у стены из стволов деревьев и низко свисающих ветвей, которые ему пришлось отклонить, чтобы преодолеть. Он потерял всякое представление о том, где они были и как далеко прошли.
Он слышал тяжёлое дыхание Каспарова под ковром из папоротников, но не мог разглядеть его, и у него было ощущение, что невидимая сила тянет его всё глубже во тьму. Это могло подождать. Могло. Так зачем же он это делает? Потому что он один хотел получить признание за то, что нашёл Бертину? Нет, всё было не так банально. Просто он всегда был таким — когда ему что-то любопытно, он должен узнать об этом сразу, ожидание невыносимо.
Но теперь у него были сомнения. Мало того, что он рискует уничтожить улики на месте преступления, если наткнётся на тело здесь, в темноте, дело было ещё и в том, что ему было страшно. Да, он мог это признать. Прямо сейчас он был тем самым маленьким мальчиком, только что прибывшим в Норвегию, который боится темноты, не зная, чем именно он напуган, но ощущающим, что другие люди — его приёмные родители, учителя, другие дети на улице — знали.
Они знали что-то, чего он не знал о себе, о своём прошлом, о том, что с ним произошло. Он так и не узнал, что это было, и было ли что-то вообще. У его приёмных родителей не было никаких драматических историй о родителях биологических или о том, как он был усыновлён. Но всё равно он был поглощён потребностью знать. Знать всё. Знать что-то, чего не знали они, другие.
Натяжение поводка ослабло. Каспаров остановился.
Сон Мин почувствовал стук своего сердца, когда он направил фонарь на землю и отодвинул в сторону листья папоротника.
Каспаров припал мордой к земле, и свет фонаря нашёл то, что он обнюхивал.
Сон Мин присел и поднял это. Сначала он подумал, что это пустая пачка чипсов, но потом узнал упаковку и понял, почему Каспаров остановился. Это был пакетик «Хиллман Пэтс», противопаразитарного средства, которое Сон Мин купил однажды в зоомагазине, когда у Каспарова завелись аскариды.
