Дать понять, что она готова. Что она хочет.
Но вместо этого Лера потянулась за яблоком и с приличной долей ярости сделала первый укус.
Кисловатый сок приятно отозвался на вкусовых рецепторах, не вызвав тошноты.
Тимур молча наблюдал за ней, и Лера кое-как доела несчастное яблоко. Раз попросила, будь любезна скушать.
— У меня к тебе есть разговор, — Тимур выждал, пока она проглотит последний кусь, и лишь тогда выдал. Правильно — иначе бы Лера подавилась.
В груди мгновенно что-то сжалось, и девушка интуитивно приготовилась к худшему.
Если Сардынов говорит, что у него к ней разговор — хорошего ждать не приходилось. «Барин» изволит чудить.
— Я тебя слушаю, — отозвалась девушка, облизнув пересохшие губы и не заметив, как жадный взгляд стальных глаз метнулся к ним. Поймал кончик розового языка и тотчас ретировался. Опасно.
— Мой знакомый продает дом. Небольшой по местным меркам. Расположен он смежно с моим участком по восточной стороне. Я хочу его купить.
Лера непонимающе продолжила смотреть на Тимура.
— Хорошее желание.
— Для твоей семьи, — его слова били не в бровь, а в глаз. Разили наповал. — Для Маргариты Николаевны и Геннадия. Свежий воздух им пойдет на пользу. Да и рядом будут с тобой и малышами, когда те родятся. Твоя задача состоит в том, чтобы уговорить их принять дом и переехать в него."
"Лера, проведя с Сардыновым три месяца бок о бок, думала, что пережила в плане эмоциональных качелей все, что можно и нельзя. Он подкидывал ей один сюрприз за другим.
Постоянно что-нибудь вворачивал новое. Шокировал. Выводил ее из зоны комфорта.
Но то, что он сейчас предлагал…
Если бы Лера стояла, она бы упала. Ноги подкосились бы точно. Жаркая волна окатила тело, ввергая девушку в новую борьбу с собственным телом.
После того, как она подписала второй контракт, Виктор Игнатьевич Вягизов связался с ней пару дней спустя. Он долго и муторно говорил ей медицинскими терминами о состоянии родных. Лера сначала и не поняла, что он фактически отчитывается перед ней, дает полный расклад.
В конце беседы он вскользь поздравил ее с бракосочетанием и сообщил, что бесконечно рад, что финансовые вопросы с нее снялись. Лера промолчала.
К Вягизову у нее было двоякое отношение. С одной стороны, Лера понимала, что он — не благотворительный фонд, и в его клинику ежедневно обращаются те, кому нужна помощь, и среди них есть процент «холопов». Он не может всех принимать.