Ну вот! Что за невезение? Евгений Витальевич, шли бы вы… буэ…
Ожидаю, что он как-нибудь по-быстрому уйдет, услышав неприятные звуки, но вдруг чувствую, мужские руки, бережно убирающие с лица свесившиеся волосы и заплетающие их в некое подобие косы. Вот уже неожиданное открытие. Шоргин и косы, в моем представлении, понятия несовместимые.
Боже, как стыдно. Я медленно поднимаюсь, и он снова помогает — придерживает за плечи. Подводит к раковине и смачивает прохладной водой мягкое полотенце. Заботливо протирает им лицо и шею
— Легче? — интересуется, сверля меня темным взглядом.
— Немного… спасибо… — Почему мне так неловко? Словно виновата перед ним в чем-то. Да, это не совсем уместно на рабочем месте, но… не в моей власти остановить тошноту. И все равно хочется сбежать, спрятаться от этих пронизывающих насквозь глаз.
— Евгений Витальевич, оставьте меня одну, мне бы привести себя в порядок.
На его лице сомнения, стоит ли. Но все же кивает и выходит.
Умываюсь, убираю остатки туши, оставаясь совсем без макияжа, что не очень хорошо, ведь шеф вернулся и нас, по всей видимости, ждет паломничество других сотрудников компании.
Может, он мне даст пять минут накраситься?
Когда выхожу обратно в кабинет, обнаруживаю его за рабочим местом. На столе бумаги, в которые он глядит странным невидящим взглядом. Специально громко закрываю дверь, чтобы привлечь внимание. Вздрагивает, словно возвращаясь из каких-то глубин сознания. Указывает мне на кресло перед собой. Так. Похоже, нас ожидает разговор «по душам».
— Александра, давайте серьезно.
Об аборте, я так понимаю, речь не идет?
— Нет! — Я аж подпрыгиваю, услышав суровые слова. Мне ни на секунду в голову не приходило избавиться от собственного ребенка. Инстинктивно прижимаю руки к животу, как бы защищая его. — Вы меня все-таки уволите, да?
И тут он удивляет — качает головой.
— Уволить вас теперь я не смогу по закону, если только вы сами не изъявите желания уйти.
Напрягаюсь. От растерянности не знаю, что и думать. Это намек какой-то или он серьезно?
— Вы хотите, чтоб я изъявила подобное желание? — спрашиваю осторожно, прощупывая почву.
— Эээ… мое желание тут не причем… постойте, что вы подумали? Ну нет, Александра! За кого вы меня принимаете? Я никогда не увольнял сотрудников незаконно, по собственной прихоти."
"Кроме меня, видимо. Потому что законных оснований для моего увольнения и правда нет.
Меж тем замечаю, что бос все больше нервничает. Стучит ручкой по столешнице, резко бросает ее и откидывается в кресле.
