Ему казалось, что отсутствующее у призраков сердце снова трепещет в груди, а в глазах феникса застыло изумление.
Только что... в глазах этого парня он видел… слезы?
Призраки не могут плакать. Ему ведь просто привиделось? И все же…
Он обернулся и посмотрел на ветки цветущей яблони в фарфоровой вазе. В смертном мире это были просто цветы яблони, в Преисподней же они были редкой диковинкой, которую ему нужно было оберегать от негативной энергии этого места. Но как бы он не заботился о них, все же один цветок уже увял.
Опавший лепесток, кружась, опустился на поверхность деревянного старинного стола.
Чу Сюнь подхватил и растер между пальцами благоухающий лепесток. Вскоре он оборвал все лепестки, превратив цветок в бесформенную грязную массу, затем мановением руки обратил в пыль и развеял по ветру.
— Кто-нибудь, сюда!
— Господин Чу, – тотчас открылась дверь и вошел человек в маске. Почтительно склонившись, он встал рядом, ожидая указаний.
Чу Сюнь, так и не повернув головы, пристально смотрел на ветви яблони, а потом тихо спросил:
— Тот человек, что недавно приходил в Шуньфэн, он опять вернулся?
— Нет, как обычно раз в десять дней пришел к дверям и принес с собой эти яблоневые ветви.
В Шатер Шуньфэн зайти не осмелился и попросил через посыльного передать их вам.
— …
— Господин, что-то случилось? Что-то не так с этим юношей, который только что приходил? Если тот человек посмел подослать кого-то, чтобы он докучал вам, не стоит ли обратиться к Владыке Ада, чтобы…
— Нет, – прервал его на полуслове Чу Сюнь, вырвавшись из плена захвативших его мыслей.
Отстраненно улыбнувшись, он повернул голову и вздохнул: — Неважно. Никто его не подсылал. Этот ребенок может думать только о том, как найти своего человека. Это все не имеет ко мне никакого отношения.
— Но если тот человек не подослал к вам кого-то через границу Царства Призраков, тогда почему…
— Цзуй не будет в это впутывать других людей, — Чу Сюнь, одетый в одежды, что были белее снега, какое-то время молча стоял возле вазы с ветвями цветущей яблони.
— Отпустите его."
"Мо Жань вышел из Шатра Шуньфэн и по унылым и безлюдным улицам направился на северо-восток. Показывая редким прохожим портрет Чу Ваньнина, он шел от дома к дому, но такой способ найти человека был подобен поиску иголки в стоге сена. Ему так и не удалось получить никакой полезной информации.
Завидев портрет, многие призраки просто отмахивались и отворачивались. Были те, кто даже не желал взглянуть, закрывая двери или спешно уходя прочь.
