Возбуждает его?
Кто его возбуждает?..
С одной стороны это бесило, а с другой было забавно и уж точно довольно неожиданно.
— Тогда мне вообще не шевелиться, полностью положившись на тебя? — спросил Чу Ваньнин.
Мо Жань придвинулся и нежно поцеловал его за ушком:
— Просто оставь это мне, ладно?
В его голосе все еще чувствовалась горечь, за которой можно было почуять надвигающуюся бурю. В комнате было темно, но, подняв взгляд, Чу Ваньнин ясно увидел в глазах Мо Жаня с трудом сдерживаемое пламя.
Все разумные мысли вмиг вылетели из головы Чу Ваньнина, а на их место пришел палящий жар. Прежде, чем Мо Жань понял, что происходит, он перевернулся, оседлал его талию и, прижав его плечи обеими руками, навис над ним.
— Учитель, ты… — удивленно пробормотал Мо Жань.
Какое-то время Чу Ваньнин хранил молчание, лишь раскосые глаза феникса ярко сверкали, а мочки ушей предательски алели в темноте.
— Я ведь уже говорил: сегодня ты будешь меня слушаться, и это не обсуждается, — наконец, сказал он."
"Затем он медленно приподнялся и начал спускаться ниже. Увидев это, Мо Жань почувствовал, как вмиг онемела кожа у него на голове, а кровь вскипела в жилах:
— Не действуй безрассудно, — пробормотал он. — Если ты… завтра ты не сможешь отправиться в дорогу.
Но Чу Ваньнин просто пропустил его слова мимо ушей. Если уж этот человек уперся, то обязательно все сделает по-своему, не обращая внимания на чужие слова.
Спина Мо Жаня одеревенела от напряжения. С одной стороны, он страстно желал, чтобы Чу Ваньнин взял на себя инициативу и по своей воле оседлал и объездил его, а с другой, он точно не был готов к тому, что Чу Ваньнин сделает это именно сейчас, ведь ему-то было известно, что стоит ему войти в тело любимого человека, его самоконтроль полетит ко всем чертям и вряд ли у него получится ограничиться одним разом.
На самом деле, оглядываясь назад, в прошлой жизни, когда они занимались сексом с утра до ночи и с ночи до утра, хоть раз он смог сдержаться и трахнуть его лишь единожды? Достаточно вспомнить ту сумасшедшую ночь, когда он натер Чу Ваньнина афродизиаком и изводил изнемогающего и стонущего от сжигающего его желания мужчину почти без перерыва всю ночь.
