Из ее рта наружу выползла длинная скользкая змея, которая с громким шипением устремилась прочь.
Кто-то из учеников Гуюэе сразу же опознал эту тварь:
— У нее в животе была змея-туньянь[205.3]!
Змея-туньянь была неядовитым демоническим созданием с покрытым духовной оболочкой телом. Такая тварь могла прожить внутри человека больше двадцати лет и покидала его только после смерти носителя.
Множество духовных школ Верхнего Царства использовали этих неядовитых змей для сохранения своих тайн. Обычно молодого гада вынуждены были глотать те, кто служил в тайной страже ордена.
После того как змея оказывалась внутри их тел, они не могли обмануть лишь одного человека — хозяина змеи, на вопросы же других людей способны были отвечать только неправду или смешанную с ложью полуправду. При попытке выдать тайну хозяина эта змея тут же пробуждалась от спячки, чтобы разорвать внутренности своего носителя, порвать ему глотку и изорвать в клочья язык.
Красный свет Цзяньгуй внезапно погас. Все тело Сун Цютун затряслось, голова замоталась из стороны в сторону, после чего из ее открытого рта хлынула гнилая кровь с кровяными сгустками, в которых, присмотревшись, можно было различить измельченные остатки внутренностей, языка и трахеи…
Теперь даже труп этой женщины не мог сказать им ни слова правды.
Люди были ошеломлены и расстроены подобным развитием событий. Вдруг кто-то предложил:
— Если она не может сказать, может у нее выйдет написать?
В тот момент, когда Мо Жань увидел змею-туньянь, он окончательно осознал, насколько детально этот кукловод продумывает каждый свой шаг.
Несомненно за всем этим стояла очень неординарная личность. Шагнув вперед, он взял Сун Цютун за руки, чтобы рассмотреть их поближе.
— Ну что? — спросил Сюэ Чжэнъюн.
Мо Жань лишь покачал головой:
— Сухожилия перерезаны, она не сможет ничего написать.
Было ощущение, что их обложили со всех сторон, и выхода просто нет. Налетевший холодный ветер отозвался в бескрайних лесах горы Хуан шелестом листьев, похожим на злорадный смех.
На вершине горы воцарилась довольно странная и безрадостная атмосфера, нарушаемая только стонами и рычанием зомби, которые, казалось, были повсюду. Хозяин усадьбы Таобао Ма Юнь первым нарушил эту мертвую тишину:
— Выходит, последняя нить, ведущая к разгадке, обрезана?
Никто не проронил ни слова.
Мо Жань отозвал Цзяньгуй, и мертвое тело Сун Цютун с глухим стуком осело на землю.
Вскоре из-под земли появилось множество отростков лозы горы Хуан.
