Если бы этот человек хотел использовать технику Возрождения, чтобы вернуть Жун Янь, то не проще ли было просто предотвратить принесение ее в жертву монстру из озера Цзиньчэн?
Нет, это точно не Жун Янь.
Мо Жань поднял голову и посмотрел на море, воды которого лучи восходящего солнца окрасили в красный цвет. Волны неспешно обмывали песчаный берег, каждый раз захватывая новые участки прибрежной косы. Вместе с поднявшимся на востоке солнцем, залившим расплавленным золотом все пространство между небом и землей, на остров пришел прилив.
Это Ло Фэнхуа.
Мо Жань был почти уверен, что человек, которого Наньгун Сюй хотел вернуть в мир живых — Ло Фэнхуа.
Эта Духовная школа Жуфэн не так проста, как кажется на первый взгляд. Даже с восходом солнца под алыми волнами морского прилива все еще скрыто слишком много разбитых остовов раковин и прекрасных, но очень опасных, морских звезд.
Море быстро поднялось, и волны размыли мелкий песок отмели, по которой он шел.
Ногам вдруг стало холодно.
Мо Жань опустил голову, и в этот момент набежавшая волна омыла его щиколотки.
— Ох..."
"Он пошевелил замерзшими пальцами на ногах и хотел было вернуться на пляж за своей обувью, но, повернув голову, увидел, что из пламенеющих алых облаков к нему навстречу идет Чу Ваньнин. Он протянул Мо Жаню его обувь и носки, которые до этого он так небрежно бросил на песок.
— Почему в такой холодный день ты босиком?
Мо Жань поднялся на вершину песчаного склона, сел на один из гигантских валунов, разбросанных по краю пляжа и, стряхнув песок с ног, обулся.
Он вдруг почувствовал облегчение. Пусть в этой жизни ему не суждено получить от Чу Ваньнина ту любовь, о которой он мечтал, у него как и прежде был лучший в мире Учитель, который волновался и заботился о нем. Было приятно знать, что заметив босого Мо Жаня, Чу Ваньнин забеспокоился о том, чтобы он не простудился...
— Думаешь о Жуфэн?
— Чувствую, там все не так просто.
— Полагаю, так и есть, — со вчерашнего вечера Чу Ваньнин почти все время хмурился.
Даже сейчас, когда они получили небольшую передышку и могли, наконец, расслабиться, его брови все еще были тревожно сведены. Он убедился, что Мо Жань надел носки и обувь, после чего снова устремил взгляд на бескрайнее море.
Солнце поднялось из моря и окрасило горизонт всеми оттенками червонного золота. Теперь, когда это великолепное сияние переплелось с отсветом бушующего над Линьи пожара, их стало почти не отличить.
