Он хрипло повторял снова и снова, то шепча, то срываясь на крик, а потом крик перешел в исполненный ярости и боли безумный вой:
— Пронзил сердце! Пронзил сердце!
Внезапно нахлынули воспоминания.
Он был еще совсем мал, когда его родители вместе с группой других заклинателей из ордена отправились к озеру Цзиньчэн просить меч. Он помнил очень хорошо, как вечером накануне их отъезда убежал вместе с Наобайцзинем на задний склон горы в лесную часть охотничьих угодий и развлекался там до позднего вечера.
Была уже глубокая ночь, когда он вернулся и тайком проскользнул в свою комнату. Он планировал сделать вид, что все это время просидел там, занимаясь чтением и каллиграфией, не зная, что после ужина матушка уже приходила его искать. Она хотела подарить ему недавно вышитый ею колчан для стрел, но в итоге, обойдя все крыло, занимаемое молодым баричем, так и не смогла его найти. Конечно, женщина тут же поняла, что вместо занятий он опять тайком убежал играть и развлекаться.
"
"Жун Янь была очень сдержанной и холодной женщиной. Она никогда не баловала Наньгун Сы, относясь к нему без душевной теплоты, которую люди ждут от матери любящей своего сына. Когда она второй раз зашла в покои сына, то увидела, что полностью одетый Наньгун Сы сидит за столом и делает вид, что увлеченно читает «Свободное скитание[166.5]». Кивая головой, он вдохновенно читал вслух. Жун Янь попросила его оторваться от книги, а затем спросила:
— Чем ты занимался после ужина?
Наньгун Сы, конечно, не знал, что Жун Янь давно уже раскрыла, что он занимался посторонними делами.
Отложив бамбуковые дощечки, он почесал в затылке и, сияя улыбкой, ответил:
— Мама, я учился: книгу заучивал.
— Читал весь день?
Боясь наказания, мальчик немного помялся, но все же кивнул головой:
— Д-да… Да!
Жун Янь расправила плечи, гордо вытянула шею, вскинула подбородок и, взглянув на сына сверху вниз, холодно сказала:
— Лжешь.
Испуганный Наньгун Сы покраснел, но упрямо возразил:
— Я не лгу.
Жун Янь без лишних слов взяла его бамбуковые дощечки и, сложив их, спросила:
— «И если бы весь свет принялся его бранить, он бы не счел себя опозоренным*»... Что за фраза стоит перед этим предложением?
— Пока… весь свет… ээ…
— «Да если бы целый свет его хвалил, он все равно бы не загордился[166.6]»! — Жун Янь нахмурила свои изящные брови.
