С одной стороны, тут был вид на город, с другой же открывался завораживающий вид на залив.
— Собак не выпустят, пока ты не зайдешь. — Он развернулся и собрался уходить.
— Посиди со мной, пожалуйста. Я не очень понимаю, что происходит. Я запуталась, Адам и мне нужная не большая поддержка. А ты единственный человек, которого я более-менее знаю. Я боюсь, что обо мне может подумать твоя семья. — Я не смотрела на него, мне было стыдно за мою слабость перед ним. Парень остановился, минуту помедлил и подошел сел рядом.
Но в отличие от меня он не смотрел ни на один из видов. Он смотрел на меня, пристально так смотрел.
— Ты не можешь запретить окружающим думать и говорить что-либо о тебе, но зато ты всегда можешь позволить себе не обращать на это внимание и поступать так, как считаешь нужным. Мы с тобой волей случая оказались на одной яхте. И нам придётся какое-то время находиться на ее борту бок о бок.
— Я это понимаю и да, ты прав. Но я не привыкла к такой жизни, я боюсь сказать что-то не то.
Или что-то сломать, испортить.
— И не привыкай, — все также грубо. — Я не думаю, что наш брак продлится слишком долго.
Я повернулась к нему и зло стрельнула взглядом, парень лишь приподнял бровь.
— Но есть единственное, что в тебе изменилось и это не может не радовать. Ты становишься смелее, даже периодически пытаешься показать свой характер. Дальше, когда мы разведемся, тебе это пригодится."
"Я слушала и смотрела на воду, в этом он прав, я сама замечаю эти перемены. Но отвечать ничего не хотелось.
Адам тоже молчал, и это молчание не было тяжелым. Было тихо и спокойно. Чувство что я долго блуждала и теперь заплыла в свою, родную гавань. Хотя какая она моя? Так временное пристанище. Еще немного посидела и пошла в комнату. Я не стала звать его с собой, и он не пошел.
Переоделась и, укрывшись одеялом, долго переваривала то, что произошло в моей жизни. Сейчас лежа в кровати, наедине с собой я могу признаться себе, что влюблена в этого парня. Сама не понимаю за что.
Просто за то, что он — это он. Мне не важен его статус, его семья и сколько нулей у него на счету в банке. Просто мое сердце необъяснимо тянется к нему, пусть даже это не взаимно и не будет никогда. Но ведь у всех в жизни была первая, неразделенная любовь. Так вот Адам и есть моя. Мы как две параллельные прямые — никогда не пересечемся. Но от понимания этого мне не становится легче, нет, я понимаю, что с каждым днем тону в нем еще больше. И желания спастись нет.
