Одно вижу, девочка светленькая, и волосы у нее непривычного для Арслановых пшеничного цвета. Как мои, в детстве.
- Пустишь, Лера? – раздается хрипловатый голос Рената.
- Входи. – сторонюсь я.
Такси уезжает в закат, оставив Рената и его дочь у моего порога.
Ренат медленно переступает, осторожно неся ребенка.
- Эльмиру укачало в дороге. – говорит он. – Можно уложить ее поспать?
- Да. Идем в дом.
Эти простые слова еле покрывают ту бурю эмоций, что сейчас творится у меня на душе. Я настолько потрясена появлением Рената и его ребенка на пороге моего дома, что напрочь забываю о том, что в доме живет еще один ребенок Рената.
Тот, о котором он не должен ничего знать.
- Куда ее можно положить? – спрашивает Ренат.
- Иди за мной, положишь ее в спальню на втором этаже.
- Мама, а кто это там пришел? – радостно и громко выбегает Селим из детской.
Мы вздрагиваем. Причем оба. С Ренатом.
Ренат смотрит на меня с изумлением, а затем медленно поворачивает голову к сыну.
Глава 68
РЕНАТ
Иду по каменистому пляжу вдоль берега.
Напряженно. Солнце давно скрылось в мутных неспокойных морских волнах. Воздух свежий и прохладный. Морской бриз. Но мне так трудно дышать!
Грудную клетку буквально разрывает, разламывает кости и расплющивает сердце, вырывая вместе с артериями к чертям собачим!"
"Я кричу. От боли кричу. От того, что нашу жизнь разрушили и растоптали, а я только потакал этому, как идиот. Кричу, потому что мой сын родился без меня, а я так мечтал держать Леру за руку, когда она мучилась в схватках.
Я кричу от того, что не взял новорожденного Селима на руки, кричу от того, что никогда не увижу, как он впервые встал на ноги, произнес первое слово…
И в этом не Лера виновата… И даже не Диана с матерью и сестрой… я один виновен! И нет мне прощения!
Брел по этому пустынному пляжу совершенно один, и орал от боли. Рвал волосы на себе от осознания собственного кретинизма, от собственного бессилия, а волны и ветер уносили мою боль и отчаяние далеко-далеко.
А потом опустился на колени и мысленно просил прощения у Леры и детей.
Я один виновен в том, что дочь росла без матери, а сын без отца…
Но теперь я все исправлю!
Я должен, обязан вымолить прощение у Леры и детей! Я должен вернуть ее! Ведь я все еще люблю ее, свою Леру! И всегда любил!
- Ренат…
Оборачиваюсь.
Передо мной стоит Лера. В белом, реющем на ветру платье. Белоснежный подол полощется чайкой на фоне грозового низкого неба и неспокойного моря.
Лера точно ангел, кутается в шаль.
