— Потом еще и болезнь на меня навалилась! Глеб помогать не спешил… к тебе лезть запрещал… Потом помог… только толку… болезнь отступила, а Ивана нет, есть долги, которые я наделала… Глеба нет, оплатить их некому. Меня терроризируют и родственники клуши Ивана… У нее оказалась огромная семья неандертальцев в пригороде. Моя жизнь превратилась в ад… Я пробовала пойти по пути Сергея… но не помогает… Кошмары тогда становятся еще сильнее… И это все ты… Ты! Из-за тебя я превратилась в ходячий труп!"
"В этот момент вижу, как глаза сестры буквально наливаются кровью.
Она с несвойственной силой кидается на меня, целится к горлу.
— Сейчас я восстановлю справедливость! Надо было задушить тебя еще в детстве! — шипит.
Я не успеваю испугаться. Людмила отлетает в другой конец комнаты. Сильные руки обнимают меня, вдыхаю родной запах.
— Коля… — шепчу, прижимаясь к нему крепче.
— Я тут был, в коридоре. Все слышал. Не мог тебя оставить. Чувствовал, что может быть опасно.
— Я вас уничтожу! Ненавижу! Вы не будете гореть в аду! — истерически вопит сестра.
— Людмила, ты сама это сделала со своей жизнью. Но ты никогда этого не поймешь! — смотрю на корчащуюся в углу сестру и понимаю, что нет у меня к ней ни капли сострадания. Таких людей нельзя жалеть, ведь они всегда используют наши эмоции против нас.
— Сейчас за тобой приедут, — бросает Коля, подхватывает меня на руки и уносит прочь из этого дома.
— Кто за ней приедет? — спрашиваю тихо.
— Полиция. Она многое наговорила, там есть за что зацепиться.
И только тут до меня доходит, что сейчас происходит невероятное.
— Коля! Ты меня несешь! Твои руки! Поставь меня! — его руки больше не трясутся. Он меня держит сильно и очень крепко, уверенно спускается по ступеням.
— Привыкай, я тебя больше никогда не отпущу!
Эпилог. Маша
Прошло три месяца…
— Манюня! Это что такое?! — Коля стоит в дверях кухни, хмурится, руки упер в бока.
— Да, мама, что это такое? — из-за его спины просовывается голова сына.
— Доброе утро! — счастливая улыбка расползается до ушей. — Уже вернулись. Так бегом в ванную и завтракать.
— Мы о чем договаривались? — не унимается любимый.
— Ой, подумаешь, — машу рукой, и в этот момент ощущаю, что ноги не достают до пола, слишком много счастья…
Вот просто видеть, как мои любимые мужчины стоят утром на пороге кухни. Они вернулись после утренней пробежки.
— Папа же тебе говорил! — Сережа встает на сторону Коли.
