– Маркус неловко спрыгнул с осла. Пошатнулся на затекших ногах.
– Это погоня, – терпеливо, будто неразумному ребенку, разъяснил Жерар. – Это не может быть ничем, кроме погони.
– Всадники, три-четыре десятка, – подтвердил Фарид. – Вероятно, вперед выслали дозор на самых свежих конях.
– Они опоздали. – Взгляд Маркуса оторвался от преследователей. – Здесь.
Вслед за ним мы посмотрели на склон. На вьющуюся тропу, запущенную и заросшую, ведущую на самый верх холма.
– Что здесь? – тихо спросил Жерар, разом утратив всю уверенность.
– Здесь Искупитель решал свою судьбу.
– Это было не здесь, согласно священному преданию… – Жерар замолчал. Маркус улыбнулся и покачал головой.
Первым с ослика слез Антуан. За ним остальные. В гору усталые животные уже не пошли бы.
– Ты уверен? – спросил Жан. – Маркус, во имя Искупителя, ты…
Он замолк, сам сообразив неуместность этих слов.
И мы пошли по тропе.
Наверное, ею все же ходили. Может быть, раз в месяц, а может быть, раз в год – терпеливо поправляя осыпающиеся камни, обрывая упрямый кустарник, укрепляя склоны там, где это было необходимо.
Луи без всяких разговоров взялся помогать Антуану. Жерар, так же молчаливо, вел под руку Жана. Остальные шли сами, даже Луиза без жалоб и причитаний шла в гору. А пыльный след на дороге все приближался, уже можно было разглядеть силуэты всадников. Примерно у половины тускло блестели серые чешуйчатые доспехи, у остальных пестрела в лучах заходящего солнца яркая гренадерская форма.
"
"– Семецкий полк, – выдохнул Фарид, останавливаясь на минуту. Поднес к губам фляжку – и досадливо бросил вниз. Там уже не осталось ни капли, а любой вес становился нестерпимым бременем. – Самые преданные ханские нукеры, их еще вечно живыми зовут…
Мы были на середине подъема, когда взмыленные кони остановились у подножия холма. Фигуры преследователей заблестели парными бликами – почти у всех были бинокли.
Арнольд остановился, с утробным ревом выворотил из склона слабый камень и выкатил на тропу.
Остановился, выжидая.
Всадники сдвинулись от тропы. Поняли намек.
– Не надо, – остановил Арнольда Маркус. – Нам еще спускаться!
– Пусть подумают, хотят ли подняться! – осклабился Арнольд. Но обвал начинать не стал, так и оставил камень угрожающе висеть на тропинке.
Большая часть всадников спешилась у начала тропы. А две маленькие группы поскакали вдоль подножия, выискивая, нет ли иных путей для спуска.
