Хорошенько подумай! Евангелие сквозь века пронесли, писания апостолов к нам дошли, а эту книгу – скрыли! Ее первым хранителем апостол Петр был!
– Говори, сестра. – Хелен кивнула. – Если я не права – покаюсь! Но в неведении не держи! Пока все, что вижу, – гордыня и преступление. И эта книга…
Луиза и Марк переглянулись. Миг – и книга скрылась, исчезла в Холоде. Хелен осеклась. Махнула рукой, будто смиряясь с безнадежностью спора, и отошла к окну.
– Они должны знать, – сказал Марк. – А то не помогут.
– Ильмар тоже? – Настоятельница спрашивала обо мне с явным сомнением.
– На нем грехов смертных нет, а раскаяние все прочее очистит. – Марк глянул на меня, кивнул: – Скажи, сестра. Или я скажу. Искупитель всех прощать велел, Сестра людей на злых и добрых не делила.
Сестра Луиза кивнула, осенила себя святым столбом. Заговорила, и в голосе мелькнули неуверенные нотки:
– Граф Ильмар. Графиня Хелен. От имени Сестры прошу вас… помочь. Оставить прежние мысли и помочь!
– В чем? Святыню от людей скрыть?
– Когда Маркус пришел в монастырь… переодетый девочкой, затравленный… – ее глаза опять на миг потеплели, – я укрыла бы его в любом случае.
Долг мой – спасать и безвинных, и виноватых. Но когда я узнала правду…
– Тогда дай и нам узнать.
– Я скажу. – Марк сделал жест, словно умоляя Луизу помолчать. Видно, той не хотелось, очень не хотелось хоть чем-то с нами делиться. Но она не ослушалась. – Ильмар, Хелен… в этой книге – Слово.
– Какое слово? – не поняла летунья.
– Изначальное. То, которому Искупитель Сестру учил.
Первое Слово, что в начале всего было.
Меня забила дрожь.
Хелен побелела как полотно.
Глава вторая,
в которой все ругаются, но по разным поводам
Всем известно, от малых детей до стариков, что Слово, Искупителем людям подаренное, одно на всех.
Вот только произносим мы его по-разному.
Если кто, по дурости или по великой любви, что, в общем, едино, другому свое Слово доверит – Слова неравны будут. И опасность не в том, что можно свое достояние потерять, наоборот.
То Слово, которое раньше звучало, в себя и новое вбирает. Вот если, к примеру, Хелен со мной поделится Словом, на котором запал ее планёра, да и всякие женские побрякушки, наверное, хранятся… Мне к ним все равно доступа не будет, никак. Мое Слово – от ее Слова произойдет. Может, оно и сильнее окажется, и я куда больше добра на него сложить смогу, но вот Хелен в любой миг ко всему дотянуться сможет… ну, конечно, если будет доподлинно знать, что там у меня спрятано.
