Потом со сцены прозвучало имя Маркуса, и я напрягся.
– А младший принц поможет нам! – заявил один из интриганов. – Я подучу его забраться в рабочий кабинет высокого лица, взять со стола эдикт, а после с ним скрываться… эдикта нет – и гнев его отца обрушится на Маркуса немедля…
Ничего себе! Либо совсем новая пьеса, либо ее оперативно меняют, отражая все интриги и сплетни Дома. Скорее, второе.
Науськивание Маркуса актеры не показали, но всячески сосредоточились на своем безумном плане сорвать переезд в Миракулюс, украв подписанный Владетелем эдикт.
Потом фонари на сцене притушили, рабочие в черных комбинезонах быстро сменили декорации – это почему-то вызвало бурю аплодисментов, видно, какие-то реалии кабинета Владетеля были показаны очень верно. Показали и самого Владетеля, вокруг которого вился шут, предлагая не просто перевести Дом в Миракулюс, а еще и устроить жилища придворных в виде большущего гефестова колеса – чтобы каждый придворный был то вверху, то внизу. При таком раскладе, по мнению шута, ни у кого не будет повода для обид.
Зал от души смеялся…
Я на минуту отвлекся, а когда снова глянул на сцену – по ней крался Марк!
Поперхнувшись коньяком, я смотрел, как мальчишка хватает со стола эдикт и бросается наутек. Хохот зрителей, услыхавших, что вместо эдикта о переезде глупый принц украл страстное письмо китайской императрицы, тайно влюбленной во Владетеля, прошел мимо сознания.
Неужели?
До сцены было далеко, но я готов был руку дать на отсечение, что это и был Маркус.
Потрясающий ход! Гениальный!
Прятаться от розыска, играя самого себя, на виду у сотен аристократов и стражников!
– Что пьешь?.. – Хелен присела рядом, удивленно уставилась на мое лицо. – Ты словно привидение увидал.
– Маркус…
– Где? – Летунья вздрогнула.
– На сцене. Он самого себя в пьесе играет…
– Пошли!
Ее энергия вырвала меня из оцепенения. Я бросил на стол монеты, знаком дал понять, что мы можем еще вернуться, и мы двинулись в обход сцены. Пристройки для актеров и декораций оказались наглухо закрытыми изнутри, и Хелен уж было собралась стучать.
– Подожди… – Я склонился над замком. Ага. Все ясно. – У тебя есть шпилька?
– Серебряная.
– Прекрасно, тут мягкая и нужна.
Хелен вытащила из волос заколку, я двумя движениями придал ей нужную форму и отпер простейший замок. Никакого труда, я то же самое мог и ножом сделать, и даже гибкой веточкой. Но на летунью это подействовало.
– Как ты… – Она изумленно смотрела на приоткрывшуюся дверь.
