Книга Мужчина моей судьбы — читать онлайн бесплатно полностью

Как прикажете влюбляться в «удобного и подходящего», если все мысли о неудобном и совершенно не подходящем? О его светлости герцоге Роэме Саллере. Который, между прочим, не спешил ни с тем самым ответным чувством, ни с пылкими признаниями… Он вообще не торопился — даже навестить нас и поинтересоваться, как мы устроились.

А ведь я ждала. Каждую минуту, каждый час следующего длинного дня.

С утра почтовая шкатулка порадовала сразу несколькими посланиями. Первое, на гербовой бумаге, с вензелем монарха и печатями, официально уведомляло нас, что его величество Танфрад Пятый примет графа и графиню Ольес завтра в час пополудни.

Вторая записка пришла от маркиза Астона. Она оказалась сдержанной и немногословной, но за краткими вопросами о здоровье и сожалениями, что по его вине мы угодили в руки Лейфри, прятались отцовская тревога и забота. Надеюсь, король не слишком сурово обошелся со своим главным казначеем. Мне нравился отец Мири, не хотелось, чтобы он пострадал.

Потом мы с Петькой ездили в агентство по найму прислуги, к модным портным, в магазины.

После обеда вернулись домой. Медор доложил, что в наше отсутствие никто не заходил, и я сразу же бросилась к шкатулке, в надежде найти там хоть какое-то известие от Рэма. Письмо, действительно, было. От графини Ольес, матушки Пипи. Надо же, как быстро до нее долетели новости о нашем возвращении."

"Весь текст в десять страниц, выведенный изящным бисерным почерком, я не осилила.

«Эти дикари там, в своих Запретных Землях не имеют ни малейшего представления о полезном питании. Даже подумать страшно, чем они кормили нашего дорогого мальчика. Так что, Мири, не теряй времени даром, и немедленно закажи все необходимое.

Дальше шел длинный перечень продуктов, который возглавляли, кто бы сомневался, знаменитые устрицы из Дуау.

Братец принялся хохотать, а я отложила письмо и ушла к Ирме на кухню. Надо заняться Петькиным образованием, пусть осваивает грамоту и сам отвечает своей милой маменьке. На самом деле, злилась я не на него и даже не на чрезмерно заботливую графиню, меня расстраивало молчание Саллера.