Про себя я давно зову его любимым, а сказать вслух почему-то сложнее, чем признаться в какой позе я мечтаю сегодня под ним стонать.
Похолодевшими пальцами мну подол.
– Я тебя люблю, – выговариваю непослушными губами.
– Малыш, – выдыхает Сергей, подхватывает меня и кружит по комнате. – Девочка любимая.
Остановившись и заглянув мне в глаза, он произносит то, что я так давно жду услышать, но не признаюсь себе:
– Я люблю тебя, Даш.
Нежный почти трогательный поцелуй, и у меня щемит сердце. Неужели, и правда, сбылось мое желание, загаданное на старый новый год?
– Даш? – в голосе Никитина проскальзывает странная настораживающая нотка.
– Что?
– Ты в чулках?
– Нет! Нет, Никитин! Катька нас убьет! Платье помнешь! Ты что делаешь? Перестань расстегивать ремень!
– Даш, просто скажи, как…
P. S.
В «Амандине» все битком, в день влюбленных парочки повылазили изо всех щелей, чтоб им всем, и мы с Катюхой ютимся у барной стойки. Сдвинув головы, мы уткнулись с ней в экран телефона.
– А Ленчик-то при своей бабе похорошел, – отмечаю я, вглядываясь в сторис.
– Есть такое, – соглашается Катя.
– Чего показывают? – с другой стороны от меня плюхается взмыленная Ирка.
– Чужое счастье, – хмыкаю я.
– Да, только и остается наблюдать за чужим счастьем, – горестно вздыхает она.
– Что случилось? – напрягается Катюха.
– Да ничего! В тот-то и дело! – восклицает Ира. А мы с Катей переглядываемся. Где-то мы это уже слышали.
– А что не так? – осторожно спрашивает Катя, видя, что подруга и бывшая коллега на взводе.
– Задрали меня все! Сил моих больше нету! Они меня вечным двигателем зовут, и никому и в голову не приходит, что мне все это не в кайф! Я отдохнуть хочу! Кроме работы ничего не вижу!
– Тебе платят-то хоть хорошо?
– Хорошо. Даже очень. Но молодость потом за деньги не купишь. Я тысячу лет в кино не была. Ни на одну вечеринку не успеваю! Я, блин, Труфальдино из Бергамо! У меня три начальника, один хлеще другого! Один вообще сейчас носа на работу не кажет, все бабу свою стережет, – Ира бросает сердитый взгляд на Катю, которая утыкается в свой бокал.
– Другой вообще молодой папаша, все разговора сводит к обсуждению. Будущего детей. Последний лежит в больнице после удаления аппендицита. А контора должна работать! Все, не хочу больше про работу говорить! А то я взвою.
Катюха послушно переводит тему разговора в другое русло.
– Дашка, давай-ка колись. Я отсюда вижу, что в твоей сумке лежит офиглион тестов на беременность.
