Да, наверное, в ее глазах я именно такой и есть. Она бросает салфетку на стол и уносится прочь из зала."
"– Слезь с меня, Вика! Ты что устроила? Совсем мозги пронюхала?
– Ой, Владик, не сердись! – щебечет та, но, увидев мой взгляд, все же слезает. – Просто я увидела тебя с этой замарашкой и решила спасти. Видно же, как ты страдаешь, не решаясь избавиться от назойливой поклонницы.
***
– Из назойливых поклонниц тут только ты! – рычу я, сбрасывая салфетку с колен. Я оставляю пару купюр на столе и вылетаю за Кирой, но, выбежав на улицу, не нахожу и следа.
Обойдя три раза здание, я подхожу к швейцару на входе.
– Вы не видели тут девушку? Минут десять назад выбегала.
– Красотка в красном платье? – переспрашивает пожилой мужчина.
– Да, она.
– О, так она уже уехала.
– Как уехала? С кем? – замираю я.
– Это мне не известно. Кажется, машина была черная, но номеров я не рассмотрел.
Черт!
Ругаю себя на чем свет стоит. Вот дурак, какой же я дурак! Еще эта Вика! Набираю Киру, но она недоступна.
Ожидаемо.
Спину продувает ветер, и я вспоминаю, что забыл в ресторане пиджак. Возвращаюсь, раздумывая, как найти Киру. Вряд ли она вернулась ко мне. И что за черный автомобиль? Черт бы побрал эту Вику!
Забираю свой пиджак с вешалки и уже собираюсь уходить, как вижу своего сотрудника. Застываю в немом шоке, когда понимаю, с кем он сидит. Это же генеральный директор конкурирующей с нами фирмой.
В памяти всплывают слова помощника о сливе информации, и я понимаю, что сейчас происходит.
Прямо сейчас этот придурок сливает данные нашего нового проекта. Хочу подойти, но понимаю, что так ничего не добьюсь, поэтому просто достаю телефон и делаю фотографию. Вопреки желанию подойти и набить морду Даниле, я беру себя в руки и шагаю прочь.
Приезжаю домой и облегчением вижу, что Кира уже приехала. Она закрылась в своей комнате и не отвечала ни на одно мое слово. Что ж, я так все это не оставлю. Стучу в дверь, громко спрашивая:
– Кира, открой, нам нужно поговорить!
В ответ только тишина.
– Кира! Ты все не так поняла! Дай я тебе объясню!
– Влад, иди спать! Ты сейчас Соню разбудишь, – подходит мама, возмущенно сопя. Она запахивает халат плотнее и уже тише говорит: – Опять все испортил? Ох, сын, не таким я тебя воспитывала.
– Мам! – перебиваю я ее. – Иди спать!
– Я-то пойду! И ты не кричи тут! Утром поговорите!
Я киваю и ухожу в свою комнату. Приняв душ, я заваливаюсь в кровать и долго смотрю в темноту, не в силах закрыть глаза.
