Все пятеро, взяв оружие, залегли за камнями так, чтобы видеть тропу, но самим, при этом оставаться невидимым. Благо, луна все еще скрывалась где-то за тучами, а учитывая, что мы расположились в стороне от дорожки, был хороший шанс того, что нас не заметят.
— Ни в коем случае не стрелять! — тихо произнес я, когда мы занимали позиции. Только если иного выхода не будет.
Возражений не было — все прекрасно понимали, что чем дольше мы будем оставаться незамеченными, тем лучше. Пока ночь, нужно этим пользоваться. Впрочем, так как нас было пятеро, а душманской одежды хватило на троих, в случае чего, мы могли попробовать разыграть спектакль — трое вооруженных духов ведут двух рабов.
Что тут странного? Ну… Разве что время суток.
А оно потихоньку шло. Увиденные впереди фонари куда-то пропали и больше не появлялись. Выждав примерно минут десять, мы уже начали подумывать сниматься и уходить, но вовремя заметили, что по тропе спускаются несколько душманов. Кажется, их было трое. Расстояние, метров шестьдесят.
Скорее всего, бегут за помощью в соседний кишлак. И, черт возьми, раз наши пути совпадают, то нужно сделать так, чтобы соседи ничего не узнали как можно дольше. Этих нужно остановить и обезвредить.
Рядом со мной лежал Корнеев. Скорее всего, думал о том же самом.
— Они направляются в соседний кишлак, — тихо произнес я. — Понимаешь, зачем?"
"— За помощью бегут, твари?! Их нужно уничтожить.
— Но как это сделать без стрельбы? Кто-то все равно услышит, мы ведь в горах.
— А давайте их камнями закидаем?! — предложил Смирнов.
— А что?
И верно — просто, грубо, но при этом практично. Хотя и не было никакой гарантии, что все получится. Можно промахнуться, удар может быть слишком слабым. Да мало ли что еще?!
— Нужно подманить их.
— Как?
— Знаешь, что-нибудь по-афгански?
— Да ни черта я не знаю, сдался мне их язык! Плохая идея!
Никто из нас не знал.
А время поджимало… Они приближались. Я быстро предупредил всех, чтобы брали камни и швыряли их точно по моей команде. Когда же троица подошла совсем близко, мы отработали как в тире.
Двое упали сразу, а третий, споткнулся, замешкался. При этом всё-таки растерянно схватился за винтовку.
— Стоять! Руки! Хенде хох! — заревел Корнеев, выскакивая из укрытия и беря на прицел противника. Тот факт, что перед ним совсем не немцы, его никак не расстроил. Прапорщика даже не поняли.
Один из тех, кто получил камнем по голове, был уже знакомый мне Самандар. Тот самый моджахед, что водил меня к аптекарю.
