Как тебе, Ира, не стыдно!
– Не надо ссориться, – сказал Борис, – полно болячек, при которых тело покрывает сыпь: корь, скарлатина, псориаз, проказа, сифилис, СПИД…
– Ой, – сказала Ирка, – у меня там стиральная машина гоняет, пойду проверю!
– Хватит! – взвизгнула Ольга. – Пусть Дашка ложится в постель, все вниз, а ты, Аркадий, иди звони Оксане.
– Может, не надо? – пискнула я, почесываясь.
Красные пятна начали нестерпимо зудеть.
– Тебя никто не спрашивает, – отрезала Зайка и унеслась.
Где-то около полуночи в спальню вновь ворвалась толпа во главе с моей лучшей подругой Оксаной.
Она работает хирургом, оперирует щитовидную железу, дружили мы столько лет, что и говорить нельзя, но все-таки стараемся выглядеть молодо.
Так уж повелось, что Ксюта лечит нас от всех болезней. Энергии у нее через край, заразительная улыбка всегда играет на губах, хотя, поверьте, живется ей совсем не весело. У Оксанки нет мужа, зато есть два сына, которых она подняла на ноги исключительно собственными усилиями, без бабушек, дедушек и нянюшек, три собаки и парочка кошек.
Наши судьбы в чем-то схожи, только мне господь послал богатство, а Оксанке приходится много работать, чтобы прокормить свою ораву. Живет она в крохотной двухкомнатной «распашонке». Я давно хочу подарить ей квартиру с большой кухней, но боюсь. Ксюта очень гордая и ни за что не примет такого подарка, даже от меня.
– Ну, – радостно выкрикнула подруга, – какая ты хорошенькая!
Потом взгляд ее красивых голубых глаз переместился на моих домашних, и хирург категорично зая-вила:
– Давайте все отсюда! Нашли цирк! Аллергии никогда не видели?
Зайка, Кешка и Маня, никогда не слушающие меня, с Оксанкой спорить не решаются.
Сделав разворот через правое плечо, они строем вышли за дверь. Маша все-таки не удержалась и пискнула:
– А отчего у нее аллергия?
– Сейчас произведу допрос и выясню, – пообещала Ксюта и захлопнула дверь.
– Скажи, – робко поинтересовалась я, – от геркулесовой каши такое возможно?
Оксана фыркнула:
– Вообще говоря, нет!
– А если слопать десять литров?"
"– Покажи мне идиотку, способную на такой поступок, – заявила подруга.
Я промолчала, хотя следовало ответить: «Она перед тобой».
ГЛАВА 14
Супрастин, всунутый в меня Оксаной, произвел волшебное действие. Утром от красноты не осталось и следа. Я умылась и застыла в задумчивости перед шкафом. Ночью я придумала, какую комедию следует разыграть перед Ираидой Львовной, чтобы баба прониклась ко мне сочувствием и доверием.
