Затем откладывает её в сторону и сосредоточивает внимание на мне.
— Спросил, когда возвращаюсь. Я сказала, что на следующей неделе. И ещё мне нужно Свету навестить перед отлётом.
— На какое число будешь брать билеты?
— Если ты с нами полетишь, то обозначь сроки, чтобы я могла с датой определиться. Если нет, то в конце недели.
— Хорошо. Поговорю с твоим врачом завтра, а сейчас перекусим и позвоню Паше. Узнаю, сможет ли он вместо меня решить дела в Австрии. С вами хочу полететь. Мне гостиницу снимать, или домой пустишь ночевать? — Динар выжидающе смотрит на меня.
— У меня большая двуспальная кровать, но...
— Всё. Этого достаточно. Можешь не продолжать, — перебивает он.
— …но ты будешь спать на диване в гостиной, — заканчиваю я. — Комнаты всего две. Спальня — наша с Тимуром. Мы привыкли спать одни. Всё же три года — немаленький срок... — намеренно вывожу его на эмоции, зная, что можно забыть о раздельном проживании и сне. Динар такого не допустит.
— Ничего, обратно привыкнешь. И быстрее, чем тебе кажется, — кривит он губы в едва заметной усмешке.
— Каша.
— Что? — Динар непонимающе хмурит брови.
— У тебя каша уходит.
— Чёрт!
Динар отворачивается к плите, а я подхожу к нему сзади. Обнимаю и прижимаюсь всем телом. Он напрягается и замирает. Так хочется признаться ему, что люблю, но молчу. Вдыхаю его запах и наслаждаюсь тем, что он находится рядом. Асадов выключает газ и поворачивается ко мне. Наклоняет голову и смотрит в глаза, а потом берёт мою руку и кладёт себе на грудь, сильно сжимает.
В уголках моих глаз собираются слёзы, потому что его сердце отбивает бешеный ритм. И выглядит Динар в этот момент завораживающе.
— Я, кажется, не говорил тебе, да? — шёпотом спрашивает он.
— О чём?
— Что ты копия брата.
— Что ты имеешь в виду?
— Что вам от отца досталась одна замечательная черта характера: вы с Максом однолюбы. В принципе, у Даяна, с его взглядами на жизнь и подходом к воспитанию, и не могло быть других детей.
— Он воспитал не только нас с Максом…
Динар улыбается.
— Ты долго не получалась у Даяна со Светой, а мы с Максом были, мягко говоря, раздолбаями. Неудивительно, что они так мечтали о девочке.
— Я не об этом.
— Даян очень много мне дал, Наташа. Но я всё же другой. Не такой, как вы с Максом. Хотя и имею тенденцию к долговременной любовной привязанности к одному человеку.
Его признание будоражит, а когда он перехватывает мою шею и настойчиво целует с языком, пульс зашкаливает и начинает кружиться голова.
