Глава 24
Роман
Мы с Линой сидим за круглым столиком в кафе. Друг напротив друга. Не рядом, но достаточно близко, чтобы я мог поднять руку и провести пальцами по бледной щеке, коснуться пухлых, нервно искусанных губ, подцепить подбородок – и даже притянуть ее к себе, чуть податься вперед, чтобы…
Но я сжимаю кулаки и откидываюсь на спинку хлипкого стула, который поскрипывает подо мной. Стараюсь отвлечься от Лины, однако взгляд то и дело приковывается к ее красивому лицу, скользит по миниатюрной фигурке.
Мы похожи на Машу и Медведя.
Она мелкая и неугомонная. С воодушевлением перелопатив все меню, нетерпеливо ерзает на стуле в ожидании заказа. Не хватает ей только коронной мультяшной фразы: «Сейчас меня покормят». Хотя, думаю, именно она и крутится сейчас в темноволосой головке Лины.
Я едва помещаюсь на неудобном сиденье, боюсь сделать лишнее движение, чтобы не смахнуть приборы с игрушечного стола или вообще не перевернуть его. Какое все маленькое и ненадежное в этом кафе – не зря я избегал его.
Да и Лина здесь впервые, судя по тому, как внимательно рассматривает интерьер, изучает официантов, а потом берет вилку и подносит к свету, проверяя ее чистоту.
Золотая девочка из «крутой» семьи, как отзывался о ней Коля. Надо бы по фамилии пробить, кто ее отец. Впрочем, зачем это мне? Плевать должно быть с высокой колокольни. Месяц как-то продержался без нее…"
"Как-то… Как монах-отшельник. Ритку послал, с клубами завязал, ни на одну бабу больше не взглянул. Стресс в спортзале сбрасывал.
Чуть ноги не протянул. Искал спасение в работе, с головой окунулся в дела. И все равно в перерывах, как маньяк, по камерам следил за Линой. Любовался. Она даже в скучной форме «белый верх, черный низ» привлекательна. Особенно, если расстегнет две верхние пуговички на блузке и выставит соблазнительную ложбинку напоказ. Как сейчас...
Сглатываю. И переключаюсь на подошедшую официантку. Меня интересует не она – от женщин как бабка отшептала. От всех, кроме чужой невесты. Однако я, открыв рот, смотрю на забитый тарелками поднос.
Округляю глаза шире с каждым новым блюдом, которое девушка подает на стол. Ставит перед Каролиной, а у той глазки загораются.
- Это все тебе? – хмыкаю недоверчиво.
На бледных щеках впервые за все это время появляется легкий румянец.
- Э-эм, я, - теряется Лина. – Я не знаю, чего хочу. Попробую и выберу, - признается чуть слышно, ковыряя пальчиком ободок ближайшей тарелки. Будто ей не терпится приступить к «дегустации».
