«Ну да! – усмехнулась про себя Коваль. – А также иметь возможность контролировать мою личную жизнь, мои связи. Умно!» Она налила полную рюмку коньяка и выпила залпом.
– Да, быстро вы меня сделали, Оскар Борисович, мастерски просто. А если я откажусь?
– У тебя нет этой возможности. Кто ты сейчас? Никто, все в твоей жизни имеет приставку «было» – была работа врача, был любовник. Я же предлагаю тебе Деньги и Власть, пойми. А ты это любишь, я понял сразу, как только увидел тебя впервые. Идем, я покажу тебе твой дом.
Все закружилось с поразительной скоростью.
Они вышли во двор, и рядом с Мариной сразу вырос Череп.
– Ишь ты! – усмехнулся Мастиф. – Дело туго знает, лучшего тебе отдал. Все, Череп, теперь ты не мой больше, а Марины Викторовны. Такую красавицу доверяю тебе, смотри в оба!
Череп склонил голову, а Коваль, когда Мастиф отвернулся, озорно подмигнула Олегу и облизала губы.
На соседнем участке ее взору открылся двухэтажный коттедж с огромным бассейном, аккуратными дорожками, выложенными брусчаткой.
Ничего себе, подарочек! Шокированная Марина повернулась к Мастифу:
– Оскар Борисович, это слишком…
– Не дури, ты – женщина дорогая, хватит сидеть в городской «трешке», нужно соответствовать статусу."
"Старик был доволен произведенным эффектом, даже прослезился, когда Марина поцеловала его в морщинистую щеку. Потом, махнув рукой, пошел к себе, видимо, стыдясь, что так расчувствовался. Коваль с Черепом остались вдвоем.
– Ну и как, прав я оказался? Теперь точно не видать мне тебя, как своих ушей, – произнес Череп, доставая сигареты.
– Негоже хозяйке с телохранителем спать.
– Замолчи! – велела она. – С кем спать, я сама как-нибудь решу, без подсказок. Что за мужики такие – хочешь женщину, значит, бери и не оглядывайся, кто и что подумает. Пойдем внутрь.
Внутри оказалось тоже неслабо, а в подвале – еще один бассейн, выложенный кафелем изумрудного цвета. Недолго думая, Марина сбросила одежду и нырнула с бортика в холодную воду.
– Иди ко мне! – позвала она, выплывая у противоположного борта и глядя на Черепа, наблюдавшего за ней от двери.
Он разделся и оказался в воде, Марина подплыла к нему и обвила его тело ногами, вытянувшись по воде. Череп поддерживал ее одной рукой под спину, а другой гладил грудь и живот, потом нагнулся и принялся целовать ее рубцы. Не упуская ничего, добрался до груди. Коваль вся выгнулась от наслаждения. Когда же он вошел в нее, она заорала во весь голос от непередаваемого чувства счастья, охватившего все ее существо.
