— Надя многозначительно скашивает глаза в сторону директорского кабинета. — Без изменений к худшему, надеюсь?
Это у нее традиция такая уже, каждый раз задавать один и тот же метафорический вопрос о настроении Короленко.
— Как обычно, — пожимаю плечами. — Ровная и прохладная.
— Супер! — расплывается она в улыбке, и мы вместе направляемся в комнату отдыха с кухней для сотрудников. — Слушай... ты так хорошо влияешь на нашего босса, я прям диву даюсь! Чтоб целый месяц, и без увольнений и выволочек народа за малейший косяк — это что-то нереальное.
Никогда не видела, чтобы Артур Георгиевич был... ну, типа добрым... и так долго! У него когда-то была секретарша, но дольше месяца она не продержалась. Ее та-а-акое цунами железобетонное раскатало и выплюнуло, что мы все ходили тише воды, ниже травы целых полгода."
"— А за что он ее уволил?
Девушка бросает на меня странноватый насмешливый взгляд, как бы говоря: не тупи, ну это же очевидно, за что!
— Она слишком легко поддалась на его провокации.
— Какие еще провокации? — хмурюсь я.
— Обыкновенные. Он устроил ей проверку на моральную выдержку, потому что сам же и запретил крутить романы на рабочем месте. И потому что терпеть не может слабых на передок девиц, которые за пару комплиментов способны подставить его конкурентам. Ну и как итог, она эту проверку провалила.
У меня внутри как-то неприятно всё сжимается. А что, если Короленко и мне устраивает провокации? С дурацким лифтом, например.
— Значит, он ее уволил из-за того, что она закрутила с кем-то из конкурентов роман? — уточняю я.
— Да нет, я же тебе говорю — она не прошла его проверки. Провокации. Пока шел испытательный срок, он изображал с ней доброго босса, был внимательным и всё такое. Не давал спуску всем, кроме нее. А когда она уже размечталась на его счет и начала лыбиться, как дура, на любое его неформальное замечание... сказочке пришел конец. Артур Георгиевич уволил бедняжку в день всех влюбленных, когда получил от нее очень откровенную валентинку.
— Ну, вообще-то с ее стороны и правда глупо было вручать валентинку начальнику.
— Это точно! — фыркает инструкторша с некоторым злорадством, и у меня невольно мелькает мысль, а не была ли и она сама очарована боссом, раз так довольна чужой неприятностью. — Так что будь начеку, Яна. Как бы внимательно Артур Георгиевич себя с тобой ни вёл, не вздумай размякнуть! Никаких хиханек-хаханек при нем, как бы тебя ни провоцировали... - чувствую, как она с пытливой настойчивостью изучает выражение моего лица.
