Мне потребовались все мои силы, чтобы не швырнуть стаканчик с кофе в стену и не уволить ее ко всем чертям. А еще напомнить себе, что я нанял ее не из-за профессиональных качеств и чувства стиля. Я нуждался в ней, потому что собирался задействовать ее в своем плане, который так старательно готовил. Так что скоро она окупит все потраченные деньги на нее и шикарную квартиру.
К тому же благодаря своим большим невинным глазам, она намного лучше подойдет для дачи показаний, чем мой бывший психиатр.
Черт. Квартира. Стремясь уговорить ее взяться за эту работу, я пообещал много разного дерьма, которое сейчас необходимо уладить.
Я втянул щеки, чувствуя, как у меня сводит челюсти.
– Принеси мне завтрак, – прошипел я.
– Нет, – откашлявшись и вздернув подбородок, спокойно ответила она. – Думаю, Ваше высочество, вам стоит отправиться на кухню и позавтракать вместе с вашими верноподданными. На мой взгляд, знакомство с коллегами очень важно. Ты в курсе, что там собралась половина этажа? А еще сегодня, как и всегда по пятницам, подают французские тосты.
Она вздернула подбородок еще выше в ожидании моей реакции.
Конечно же, я этого не знал. Но от одной мысли, что придется выйти из кабинета и провести время с незнакомыми мне людьми, все внутренности свело в агонии.
Пока она смотрела на меня сверху вниз, я гадал, что же происходило в ее пурпурной голове. А еще меня интересовало, почему она выбрала этот цвет. Он совершенно не раздражал меня. И прекрасно подходил к ее округлому лицу и эксцентричному стилю. Она знала – ох, Эмилия ЛеБлан охренительно хорошо знала, – что с легкостью может поставить мужчину на колени, поэтому никогда не утруждала себя выбором красивых платьев и макияжем.
Нет, ее сложно назвать пацанкой. И сегодня даже для нее самой она выбрала странный наряд. Но кажется, она никогда не укладывала волосы, да и выглядела так, как одна из городских нью-йоркских цыпочек, которые таскают с собой повсюду профессиональные фотоаппараты и фотографируют свои завтраки с сандвичами из «Pret A Manger», а затем выкладывают их на «Pinterest», искренне считая себя настоящими фотографами.
И все же я достаточно хорошо знал Служанку, чтобы понять, что она не притворялась. Она действительно была художницей. Лучшей художницей из всех, кого я знал.
– Вишес? – позвала она.
Я захлопнул ноутбук и впился в нее взглядом.
– Принеси мой завтрак. Если не хочешь приступить к уборке туалетов в наряде французской горничной. – Голос стал ледяным, что несколько успокоило мои нервы.
