Он был оформлен в белом цвете от пола до потолка, если не учитывать картин, висевших на каждой стене. И они были прекрасны.
Земляничные поля.
Голые мужчины в причудливой обуви.
Плачущий пистолет.
И последняя – с цветущей вишней.
Он посмотрел на мою картину и, вздохнув, поправил на носу очки для чтения.
– Я не знаю, что тебе сказать, Милли, кроме очевидного. Ты совершаешь огромную ошибку.
Я бы поспорила с ним, но не видела в этом смысла. Возможно, он был прав. Сколько девушек решилось бы оставить все, что им так знакомо и любимо – город, работу мечты, сестру, – ради парня, который выгнал их из города, едва им исполнилось восемнадцать? Немного.
Но я оказалось одной из них.
Мною завладели нелогичность и безрассудность, глупость и иррациональность… потому что я принадлежала ему.
Поэтому я продолжала стоять, нервно постукивая ногой. Брент оттолкнулся от белого стола, поднялся на ноги и подошел ко мне. Сейчас я чувствовала себя совершенно по-другому, чем в те мгновения, когда стояла перед Вишесом в роли босса.
Потому что сейчас я испытывала не страх, а грусть. Жертвенность подобна вредной привычке. Ты отказываешься от чего-то хорошего, чтобы заполучить что-то, на твой взгляд, еще лучшее.
– А как же Рози? – спросил он.
Брент не очень хорошо знал сестру, но пару раз встречался с ней и понимал наше положение дел.
Я пожала плечами. Это решение далось тяжелее всего. Я все еще чувствовала себя предательницей.
– Она начала встречаться с одним парнем, Хэлом. И останется здесь, в Нью-Йорке.
А еще планирует вернуться к учебе в школе медсестер.
Брент вновь посмотрел на меня, и в его взгляде явно читалось: «Видишь? Тебе тоже следовало остаться». Но я сделала вид, что не заметила осуждения, и вновь повернулась к картине с голыми мужчинами.
– Мне жаль, что я разочаровала вас, – сказал я.
И я говорила искренне.
– Это не так. – Вздохнув, Брент наклонился ко мне. – Я лишь надеюсь, что ты не разочаруешься в себе.
* * *Отдав заявление о своем уходе, я направилась к Вику.
Сидя в вагоне метро, я думала о том, что никогда еще не отказывалась от таких хороших должностей за такой короткий промежуток времени. Никогда. Но я знала, чего хотела, – переехать в Лос-Анджелес.
Да, я никогда не бывала там, но это не имело значения. Туда возвращался Вишес. Там жили мои родители.
Лос-Анджелес уже был моим домом, просто мне еще предстояло полюбить его."
"Я неторопливо шла к кабинету Вишеса под ненавидящим взглядом секретарши.
