Казалось, будто его раны выжигаются на моей собственной коже.
– Это дело рук Джо?
– Нет. – Он провел языком по зубам. – Ее брата Дэрила Райлера. Того мужчины, которого ты видела в библиотеке лет десять назад. Джо не истязала меня. В первое время после свадьбы с моим отцом она лишь шлепала меня. Частенько. А когда мне исполнилось двенадцать, сюда переехал Райлер. – Вишес помедлил, но мне не показалось, что ему с трудом дается рассказ. Его лицо оставалось таким же бесстрастным, как и всегда, а голос тихим и уверенным.
– Она запирала двери снаружи, и наказывал меня уже он.
Я судорожно втянула воздух. Мне хотелось убить эту женщину. Даже после всего, что он со мной сделал, мне хотелось, чтобы его мачеха умерла. Но затем у меня возник еще один вопрос.
– А твой отец знал?
– Я рассказывал ему, но он редко появлялся здесь. Его всегда занимал лишь бизнес. А когда меня исключили из школы-интерната и я вернулся сюда, Джо убедила его, что я сам наношу себе увечья. Режу себя. Что я «проблемный» ребенок. Она даже наняла психиатра, чтобы тот осмотрел меня.
Которого сама и выбрала, разумеется. И они даже обсуждали возможность отправить меня куда-нибудь на лечение. Поэтому я научился держать рот на замке, пока не подрос и не стал сильнее, чтобы дать отпор. Пока мне не исполнилось шестнадцать лет.
Сглотнув, я еще раз обвела взглядом его торс. И меня тут же накрыло волной стыда, когда я осознала, что испытываю не только жалость. В груди запорхали крошечные крылышки бабочек, а соски превратились в тугие бусинки.
Мне нравилось его тело. Оно казалось идеальным даже со шрамами. Прекрасным своей небезупречностью. Но при этом принадлежало Вишесу.
– А ты не пытался рассказать кому-то еще? Заявить в полицию? Пожаловаться учителям?
Он снова моргнул, но в глазах так и не появилось ни одной эмоции."
"– В тот момент это уже не имело особого смысла. Джо с отцом много путешествовали, а Дэрил почти не появлялся. Подсел на наркотики. – Вишес пожал плечами. – Он умер вскоре после того, как ты уехала из города.
Отключился от передозировки и утонул в своем джакузи. – Он склонил голову набок и добавил: – Какой позор.
От этой новости у меня пробежала дрожь по спине. Я помнила каждое слово из их разговора в тот день в библиотеке. Нет. Вишес не мог кого-то убить. Или мог?.. Я не хотела спрашивать об этом. Потому что не была готова услышать его ответ. И потому что знала – это вызовет еще один спор с совестью, а моя голова и так раскалывалась.
– Вишес… – выдохнула я.
