Что она имеет возможность наблюдать, как он смущается.
И это было восхитительно.
– Давай так. Сначала прогуляемся, поговорим. Ты купишь мне попить. Потом мы вернемся к машине, ты подаришь мне цветы, а потом отвезешь в какую-нибудь кафешку. Можно суши-бар. Я придерживаюсь диеты, но больше по медицинским показателям, мне нельзя жирное и прочее. Я не помешана на экспресс-диетах и не считаю калории. Как тебе мой план?
– Неплохой.
– И да. Ещё один пункт. Во время нашей прогулки я очень рассчитываю с тобой познакомиться, Олег.
Должна же я знать хотя бы что-то о человеке, который на днях придет меня сватать.
* * *Сватать.
Смешная. И до боли желанная.
Триста шестьдесят четыре дня прошло с момента проведения операции на яхте Буяна. Без дня год.
Осетин дал им именно этот срок. За год в жизни любого человека могут произойти кардинальные изменения. Год – символичная дата.
Операция по взятию ОПГ прошла успешно. К сожалению, без потерь не обошлось, да и ему «шкурку» попортили. Если бы не броник, который генерал ему всучил перед самым отплытием – одна из последних разработок, то пришлось бы ему туго.
Не факт, что он вообще встал бы, остался жив. Но Олегу не привыкать рисковать. К тому же, данная операция была его личной вендеттой, к которой он шел больше десяти лет.
Когда убили Марата, он бился о стену и кричал – почему? Раз за разом разбивая кулаки в кровь, заматывая ихбинтами, чтобы вечером снова разбить. В нем бушевало столько боли и отчаяния, что их необходимо было выплескивать.
Единственного человека, по-настоящему близкого ему, заменившего всех родных, научившего всему, не стало. Его жестоко и хладнокровно убили. Спрашивается – почему?
Следаки открыто сказали злому Олегу, что убийство его приемного отца заказное. И, скорее всего, убийца не будет найден – работал профессионал. Как Олег не набил лощеную морду мента – до сих пор непонятно. В тот раз он сдержался. Следак и не скрывал, что дело запутанное, хлопотное, и, скорее всего, перейдет в разряд «висяков».
Что есть более интересные и насущные дела, например, ограбление бабки из пятого подъезда. Олег слушал его монотонную речь и холодел внутри.
Что-то не так…
Не так и всё тут.
Его внутренняя интуиция, которой он доверял, кричала, вопила, что следует копать и смотреть глубже. Олег сам же себе напомнил нерадивого брошенного котенка, который тыкался носом в закрытую дверь теплого дома, но никто ему не спешил её открывать.
Без Марата и их дом опустел.
