– Ты мне ещё должна! За Осетина! Он урвал у меня приличный куш в виде тебя! А я уже тебя обещал одному шейху, любителю блондинистых шлюх и горячих игр! Я всё равно тебя ему доставлю, пусть и с дыркой между ног! Потешится и так! Но сначала ты мне отсосешь! Прямо здесь! Иначе я тебе под кожу вгоню максимальную дозу дури! Уяснила, мразь?
По всей коже Саши выступила испарина, и любой здравомыслящий человек, увидев её в таком состоянии, сразу понял бы – девушке плохо. Но только не Рафик. Тот, опьяненный легкой победой, уже представляя, как шейх всё же сменит гнев на милость и, умасленный подарком, возобновит с ним общение, не замечал ничего.
Только молодую, горячую плоть, которую он собрался поиметь по полной, ибо заслужил. До того, как отправиться на дрюченное шоу, он ширнулся, и ему сейчас было хорошо. А скоро будет ещё лучше.
Он быстро переменил положение и схватил девку за грудки, рванув на себя.
Тонкая ткань не выдержала подобного бесцеремонного обращения и разорвалась. Вместе с ней не выдержала и лямка бюстгальтера.
– ТВОЮ ЖЕ МАТЬ!
Крик Рафика взорвал сознание Саши, и девушка снова пришла в себя, не понимая, отчего кричит ненавистный кавказец.
Делал бы своё пагубное дело… Добивал бы её…
Она устала… Так устала… Ни стоять, ни сопротивляться не было сил…
– Маячок! Тварь!
Хлесткая пощечина опрокинула Сашу на спину. Девушку никто никогда не бил, и солоноватый привкус железа, образовавшийся во рту, не сразу дал ей ассоциацию с кровью.
Она, словно сомнамбула, заскользила взглядом по грязному, видавшему виды дощатому полу и с легким удивлением заметила микроскопический огонек, который сейчас яростно мигал.
Штука была не больше головки от спички, и, если бы Саша не лежала головой на полу, она даже не рассмотрела бы её.
Маячок…
Как в шпионских фильмах?
Но откуда он на ней?
– Сука! Сука! Сука! – продолжал бесноваться кавказец, круша пустые стеллажи. – Значит, «крот»! Твой долбанный Осетин всё же «крот»! Я знал… знал, падла, что между нами затесалась «крыса», но Осетин… Или это ты! А, тварь?! Что лежишь?
Удар ногой в живот оказался болезненным и заставил Сашу перевернуться на спину.
Так вот, значит, что бы её ждало, не появись на аукционе Олег. И эти удары были бы только цветочками.
Дальше, сквозь неясный вязкий туман, что заволок глаза, и нарастающий гул в ушах, Саша, словно находясь за стеклом, воспринимая действительность не в реальности, увидела, как дверь распахивается, и появляется Олег.
